Альфа-самка

Отличницами. Он коснулся колокольчика и услышал внутри себя его звон. Колокольчик скучал, ему надоело лежать в тесном тёмном кармане. «Скоро, маленький, – пообещал Царь. – Уже совсем скоро».

Встав со своего места, он широко улыбнулся Лене, зная, что ученицы не сводят с него глаз. Пусть смотрят, пусть распаляются. Коньяк горячил кровь, рождал в мозгу восхитительные, возбуждающие образы. Царь поймал взгляд Лены и вдруг отметил, какая она сексуальная именно сейчас – словно для неё урок уже начался. Не знает, куда девать руки, на лице лёгкий испуг… но в глазах, в самой их глубине, Царю привиделись искорки вожделения. Он задохнулся от неожиданной ослепляющей мысли: может, у него сегодня будут три ученицы? Ведь рано или поздно Димастый и Юрец выйдут отлить на палубу, и вряд ли вместе…

Приблизившись вплотную к Лене, парень встал на колено и положил руки ей на щиколотки, которые показались из-под длинной юбки. Повёл ладонями вверх, не сводя взгляда с лица девушки. Лена смотрела поверх его головы.

Обострившееся чутьё Учителя подсказало: на Димастого. А тот – Царь это словно видел – пялился на Свету, которая вместе с Полиной сверлила взглядом спину Царя. Он довольно улыбнулся. С этими всё было в порядке. Они – в замкнутом кругу и останутся в нём, пока он того хочет.

А вот Юрец… Юрец, кажется, слегка заскучал, и это Царю не понравилось. Тот, кто скучает, начинает слишком много смотреть по сторонам. Ничего, есть верное средство. Царь знал: ещё несколько тостов, и Юрец сорвётся. Будет пить, пока не рухнет. Тогда он, верный друг, выведет его наружу проветриться…

Руки поднимались всё выше, и наконец пальцы нащупали нижнее бельё. Ухватились за тонкую ткань, потянули на себя. Лена послушно привстала, подчиняясь правилам игры, взглянула на Царя. В её глазах он увидел боль и всё тот же испуг. Но искорок, тех самых замечательных искорок, кажется, стало чуть больше. Царь на миг зажмурился от удовольствия. Ещё ни одна из тех, кого он решил взять в ученицы, не сбежала от него. Не уйдёт и эта.

Ткань легко скользила по гладкой коже. Лена переступила с ноги на ногу – хорошая девочка – и Царь, встав с колена, поднял руку с зажатыми между пальцами просвечивающими трусиками. Чёрными. Хороший цвет. Не такой сильный, как красный, конечно, но хороший.

В общей суматохе ей как-то удалось проскользнуть на берег неопознанной. Впереди она увидела медные в отсветах пожара стволы деревьев.

Кажется, никто так и не обратил внимания на одинокую фигурку, бегущую к парку. Да и, если разобраться, до неё ли там было…

А потом она стояла и, выглядывая из-за дерева, смотрела на то, как догорает «Феликс Дзержинский».

Открыть крышку – активировать список последних вызовов – закрыть крышку.