Альфа-псих

Моё хладнокровие покидает меня семимильными шагами с первой же секунды прикосновения к губам. Впервые от простого поцелуя меня едва не разорвало от непривычной реакции. В груди как будто стая особо крупных волков с цепей сорвалась и мечется, разнося мои ребра. Такой беспредел творится, что я, наверное, оцепенел бы от этих ощущений, если мы мог прекратить ее целовать, одержимо сжимать в руках эту тростинку.

Мне ничего не стоило отодрать ее прямо на этой убогой столешнице кухонного гарнитура. Плевать даже на Германа, пытающегося пробиться в эфир уже минут пять. Отрезвляет только сочащаяся кровь на ее предплечье из пореза.

Это снова наводит на мысли, что она привыкла к истязаниям у Барышникова в гостях, хотя достоверной информации нет, я верю брату, который нашел Лизу в ужасных условиях и освободил, едва не поплатившись за это своей жизнью.

— Во вторник вечером будь готова, — зверски рычу я, выливая на нее всю агрессию и за брата, и за мой стояк, которому придется сейчас делать ноги от этой коварной дряни.

Рычу ей это прямо в губы, от близости которых во мне просыпается адская жажда. В груди все начинает бесноваться, требуя чуть ли ни сожрать ее, присосаться к этим губам, как к источнику жизни, и выпить до дна! Выпустить из рук ее было целой пыткой, мое тело ни в какую не хотело отлипать от хрупкого стана Лиссы. Я и примерно сказать не смогу, сколько я таких стаканщиц перетрахал. На кой черт мне именно эта? Напоследок прочертив носом по ее щеке, отстраняюсь и пытаюсь привести в порядок дыхание, глядя в застеленные дымкой глаза напротив.

Алиска непонимающе моргает и неосознанно тянется руками за мной, вычерчивая подушечками пальцев себе приговор на моей шее. От этого легкого прикосновения у меня искрит в затылке, по шее и рукам пробегает дрожь, покрывая кожу мурашками. Хочу ее до умопомрачения! А если я чего-то хочу — я это получаю!

— Езжай один, я остаюсь, — тихо рычу Герману и вырубаю смарт-браслет совсем.

Рывком стаскиваю Алиску со столешницы и тяну ее к себе, вынуждая идти вместе со мной в спальню. Не только потому, что хочу потрахаться в ее кровати, просто мне дико захотелось воспроизвести вчерашние протирания стен спинами. Едва это решение промелькнуло в голове, мозг сразу отключился."

"Толкаю ее к ближайшей стене и впиваюсь в бьющуюся венку на шее как вампир. Сладкий яд, не иначе, от которого мой основной инстинкт беснуется, сводит с ума. Не остается больше ничего, только истинный я и эта женщина во всепоглощающем огне необузданной страсти.

В неистовом порыве мы аж бьемся зубами, целуясь и тиская друг друга, как ненормальные.

— Презик в заднем кармане, — подсказываю Лисске, стягивая с неё футболку и юбку, нетерпеливо прижимаясь к ее обнаженным сиськам своим расписным торсом.