Альфа-псих

Дурак! Я скучала! И ревновала до искусанных губ и опухших зареванных глаз! Бредила им и во сне и наяву!

А он влез в кресло, протиснув свои длинные ноги по бокам от меня, уткнулся в шею колючей моськой и гоняет там пьяных мурашек по коже своими губами. Его близость всегда действует на меня ошеломляюще. От тесно прижатой ко мне широкой груди в животе скручивается острый спазм, от упирающегося в мой зад его эрекции между ног становится мокро и горячо. От настойчивых наглых губ и рук покалывает кожу и кружится голова.

Я упрямо молчу, пытаясь смотреть в расплывающийся экран. Потянув меня за подбородок, Бес повернул мое лицо к себе, заглядывая в глаза.

— Просто, блядь, соври, Лис-са! Скажи, что скучала! — сверкнули в полумраке глаза Беса.

Как острое лезвие его взгляд полоснул по сердцу. В нем штормили и мольба, и злость, но для меня было шоком увидеть в этих глазах боль. Ощущение, что он обнажает душу для меня, показывая, что своим отказом я его на куски режу. Не понимаю, зачем ему слушать ложь, но и сказать теперь не могу, потому что он меня загнал в тупик своим требованием солгать.

— Иди к черту, Бес! — злюсь на него, разворачиваясь к нему боком и хватаю за отросшие вихры. Притягиваю дурную голову к себе и сама его целую.

Пусть как хочет, так и понимает, мне с его кавардаком в голове не разобраться! Если не идиот, то и по тому, как я жадно его целую, все поймет.

Или нет. Потому что едва наши губы встретились, свет погас. В голове растворились все мысли, и желание только одно — чтобы поцелуй не прекращался никогда. Макар с такой жадностью впивался в мои губы, терзал их, словно изголодался, как медведь после спячки. Его грудь тяжело вздымалась, жаркое дыхание сжигало, как ветер в раскаленной пустыне.

— Я скучал, — рвано выдохнул мне в губы Бес, стянув с моей головы повязку и запутав пальцы в волосах, прижал их к своей щеке. — Я пиздец как по тебе скучал, Куколка.

— В отличие от тебя, меня ложь не устроит, Макар, — бормочу я, прикусывая губу от волнения.

О его похождениях в клубе легенды ходят. Он никого не любит, никому ничего не обещает и никогда не отказывает себе в удовольствии завалить приглянувшуюся девушку в постель. Без лишних слов, без обязательств и зачастую не спрашивая даже имя.

— Мозоли показать? — иронично заламывает бровь Бес. — Знаешь, сколько раз я дрочил, вспоминая свой любимый размер и твой сладкий рот?

Спрашивая это вкрадчивым голосом, Макар опускает руку на мое бедро, с силой сжимая меня и разворачивая так, чтобы я промежностью почувствовала его стояк. Рука, удерживающая меня за талию, скользит по животу выше, касаясь моей груди.

Жесткие мозоли были у него и прежде, иначе чем железом такую массу мышц, как у него, не накачать.