Аленушка. Уж попала, так попала

Смотрю на него, не отрываясь, замечая ту же трансформацию глаз, какая была у брюнета. Голубая радужка обесцвечивается еще сильнее, а зрачок вытягивается в ниточку. С раскрытых ладоней срываются маленькие смерчи, что, извиваясь, устремляются к полу и постепенно, будто ткут полотно, создают ледяную скульптуру: ступни, ноги, туловище, голову и… рога.

— Вау! — вскакиваю с кресла, не имея сил усидеть на попе, когда рядом происходит такое великолепие.

— Демон? — выдыхаю, не замечая мужчин."

"Обхожу произведение искусства по кругу, внимательно изучая все детали. Страшен и величественен одновременно. Витые рога украшают жуткую морду, все тело — сплошь мускулы, и хвостик…

А-а-а, прелесть! Даже кисточка есть, про которую в книгах пишут.

— Да, только уменьшенный раза в три, — прилетает ответ. Но от кого, даже не понимаю. — Это боевая форма.

— Можно потрогать? — оглядываюсь на блондина, готовая умолять, чтобы разрешил.

— Конечно, — смеется он, качая головой. — Обычно, реакция на эту расу совершенно противоположная.

— Ага, — киваю, не особо вникая в его речь.

Главное, мне дали добро, на касание. Ожидаю, что будет холодно. Лёд же. Но нет. Будто хрусталя касаешься, а детали так четко и ювелирно «прорисованы», даже ворсинки на хвосте можно разглядеть.

Я в восторге!

Кажется, сейчас происходит очередной мой шажок к тому, чтобы принять собственное попаданство, не думая, что сплю или лежу в коме.

— Алёна.

Обращаю внимание, что меня зовёт Садж, и поворачиваюсь к драконам.

— Что ты почувствовала, коснувшись моей магии?

— Ничего особенно, — хмурюсь, не совсем понимая, чего от меня ждут, — будто хрусталь потрогала. Гладкий и немного прохладный. Думала, что обожгусь холодом о лёд, но нет.

— Никаких неприятных ощущений?

— Нет, — качаю головой.

— Замечательно, — расплывается Садж в улыбке. — Понравился демон?

— Безумно.

— У тебя будет возможность посмотреть на них и в живую, — кивает Закир. — Как только свободные правители узнают о твоем появлении, нарисуются тут как тут.

— Три попаданки у эльфов, две у демонов, — снова занимаю свой угол дивана, рассуждая в слух, — я и Рида у вас. А еще одна?

— Тоже у нас, — кивает Садж. — Свободная. Осиль — историк, библиотекарь и палеограф.

— Одна — святая простота, другая — наглая выскочка, — киваю, припоминая разговор драконов. — А тихоня сбежала.

— Алёна, твоя идеальная память пугает и удивляет, — фырчит Садж, но как-то по-доброму, без реального недовольства и злобы.

— Почему же, — возражает ему брюнет, — иногда это очень полезное и просто необходимое в деле качество.

— Ранур, хватит мерить всё с точки зрения пользы для королевства. Иногда нужно и просто о себе подумать, — возражает Закир.

— А вы действительно братья? — вспоминаю, какими словами встретил брюнета рыжик.