Аленький цветочек

– Не, бать, мы на Чёрную горку… – Иван обнял жену, притянул к себе, и та вскинула на него глаза, светившиеся бесконечным доверием. Счастлив мужчина, на которого так глядит любимая женщина. Иван подмигнул ей и кивнул в сторону висящего на гвозде маленького приёмника. – Помнишь, что радио говорило? Комета Сикейроса прилетела. И будет сегодня в самом что ни есть перигелии. Якобы в наших широтах интересное зрелище ожидается.

– Про комету Галлея тоже, помнится, в своё время трезвону было не обобраться, – хмыкнул Степан Васильевич. – А прилетела-улетела, никто и не видал.

Однако при этом он понимающе подмигнул сыну. Сам недавно был молодым, помнил, как делаются лишними самые близкие люди, как хочется быть вместе, вдвоём, только вдвоём… Сын говорил ему, что они с Марьяной живут уже почти полгода. И хорошо, если до сих пор – как в первую ночь.

Мужчины переглянулись. Баба Тома никогда не начинала стращать попусту. Если уж говорила – следовало послушать.

– Шестое июля. – Маша задумалась, помяла нижнюю губу пальцами. Иван знал это её выражение: так она смотрела в компьютерный экран, готовя новую атаку на даже ей не поддающуюся проблему. – Ага! Завтра седьмое, – продолжала она, – то есть по церковному календарю ночь на Ивана Купалу. Как говорят, самое время для шабаша. И у вас тут, по-видимому, местные ведьмы собираются именно на…

– Тихо, девка, тихо. – Степан Данилов сделал строгое лицо и приложил корявый палец к обветренным губам. – А то придет Мец-хозяин, чёрный, лохматый, с хвостом. Заведёт в самую чащу… Не болтай, однако, о чём не знаешь. Придержи язык.

Маша про себя улыбнулась. Как когда-то сказал один великий физик другому: «В чём разница между нашими научными школами? Вы не стесняетесь говорить своим ученикам, что вы – дурак. А я своим – что они дураки…» Всё правильно. Настоящий учёный не будет притворяться всезнайкой. Его дело – обнаружив пробел, задавать вопросы и переваривать новую информацию…

А старик сунул трубку в рот, глубоко затянулся и медленно выпустил сизую струйку дыма.

– Меня послушай, – начал он торжественно. – Давным-давно злоба людская усилилась, да так, что пуп земли дрогнул от ужаса, и Юмбел, верховный Бог, в бешенстве спустился с небес. Его страшный гнев вспыхнул, как красные, синие и зелёные огненные змеи, и мужчины прятали свои лица, и дети кричали от страха. Великий Бог говорил: «Я переверну этот мир. Я велю рекам течь вспять. Я заставлю море встать на дыбы. Я соберу его в огромную стену и обрушу на злобных детей земли и таким образом уничтожу их и всю жизнь». И морской вал прошёл по земле, и мёртвые тела носились по поверхности тёмных вод…

Взяв паузу, Данилов глянул на Ванькину городскую жену. Заметил, что слушала она внимательно и с должным почтением.