Алёнка из Синего леса

Ожидать ли мне кого-то ещё кроме старосты и его жены. Ну и соседей…десятка или два?

– Есть сестра старшая. Она замужем. – Спокойно пояснил Семён. И подтолкнув меня в спину, усмехнулся. – Не робей, Алёна! Черепа колдовского не испугалась, а тут стесняешься. Или у вас так принято?

– По-всякому, – буркнула я, ощутив внезапно накатившее смущение. Всё потому что из дверей к нам вышел крепкого телосложения мужчина в годах и пухлощёкая женщина, очень похожая на Сёмку. Разглядывали они меня пристальнее, чем амёбу под микроскопом.

– Проходите, гости дорогие, – поприветствовала нас мать парня, жестом руки приглашая к столу. – Чем богаты тем и рады. А как звать-то?

– Алёна, – пропищала я несвойственным для себя робким голосом. Тут же прокашлялась в кулак, чтобы не думали, что я их всех боюсь. – А вас?

– Макар Кузьмич, да Соломея Степанна, – ответила женщина. А сама на меня так и смотрит, раскладывает на молекулы, расщепляет на атомы.

Староста от жены не отставал. С важным видом он сел на лавку. И перекрестившись, взял в руки ложку. Нам сделать знак следовать его примеру. Для меня многое виделось странным, но лезть с вопросами я не стала. Всё-таки есть к женскому организму особый подход. К моему точно. Это накрытый сытными яствами стол. А ещё меня интересовало, к чему такая свистопляска и чем новообъявившаяся лекарка так привлекательна. Если за мной не стоит никто из влиятельной родни, да и приданого при случае нет. Разве что кот с черепом. И тех при случае можно отобрать.

Я постаралась не вытаращивать глаза от такого изобилия: рыбка копчёная, домашняя колбаска, сальцо, сыр, мочёные яблоки, варёные яйца, зелёный лук, укроп, хлеб и…

– Тесто самолепное, по столичному рецепту. С мясом, – с гордостью произнесла женщина, водружая на стол чугунок. От него вкусно пахло, и был этот аромат очень даже знаком. Горшочек со сметанкой оказался очень даже уместным.

– Пельмени! – непонятно чему обрадовалась я, словно не видела их сто лет. На самом же деле покупала два дня назад. С домашними, конечно, не сравнишь. А что делать? Студенческая жизнь — это не мамкины харчи. Чем богаты, тем и рады. И потом, некогда на кухне в общежитии танцы отплясывать. Времени не хватает.

– Как? – заинтересованно произнесла женщина, накладывая самолепное тесто в тарелку мужу. Потом взялась за сына, за себя. Мне, гостье дорогой, было предложено самой себя обслужить. – Накладывай, Алёна сколько хочешь. Нам по десятку, мужикам по три."

"– Спасибо! – поблагодарила я, даже не смеясь. Эти самые пельмени делали стаканом, никак не рюмкой. С десятка я точно сытая буду. – Вкусно, – похвалила я хозяйку. Сам староста, как и его сын, молчал. То и дело посматривая на меня из-под густых бровей. – А у нас в пельмени, что только не кладут. Грибы, картошку, мясо с луком, сало.