Александра

Глядя им вслед, покачала головой. Оглоеды. Я же собиралась посетить разбойный приказ. Хотела покопаться в клиентуре приказа. Особенно среди такой категории злодеев, которых называли тати шатучие, убивцы и душегубы. М-да, контингент ещё тот. А так же мне нужны были профессиональные воры…

…Андрей Рукавица сидел на лавке в трапезной. Руки его лежали на столе. Он смотрел на горящую свечу. Что делать дальше он не знал. Лучше бы было, чтобы он утонул тогда. Но чтобы стало с дочерью? Хотя и сейчас ничего хорошего для неё не ожидалось. Кто замуж её возьмёт без приданного? Если только за старого вдовца, который прельститься её красотой и юностью. Но тогда его любимице жизнь станет адом. Он налил из кувшина в оловянный кубок вина. Всё серебро было уже продано и отдано в качестве оплаты долга. Андрей только поднёс кубок ко рту, как услышал, что в ворота его подворья кто-то стал громко стучать и требовать открыть их. Кого там ещё нелёгкая принесла? Хотя, как кого? Кредиторов. В трапезную забежал Анисим. Он единственный кто ещё из прислуги оставался у него. Старику просто некуда было идти. Когда-то Андрей пригрел хромого нищего у себя, с тех пор Анисим и жил здесь. Помогал по хозяйству, сторожил. И был очень благодарен купцу, что имеет свою крышу над головой и свой кусок хлеба, а не побирается на паперти.

— Хозяин! — У Анисима глаза были широко раскрыты. В них был страх и удивление.

— Кто там? — Спросил Андрей. Поставил кубок на стол, так как понял, руки его дрожали.

— Хозяин, двое там. Оружные на конях. Молодые совсем и наглые. А глаза у них волчьи. Они из этих…

— Из каких? Ты чего, Анисим?

— Из этих… Из Корпуса, кадеты которые.

— Ты с чего решил, что они из Корпуса?

— Кафтаны на них до колен красные, с двумя рядами застёжек. И сапоги с длинной голяшкой, тоже колени закрывают. Под кафтанами кольчуги видны. С саблями оба. Такие сапоги, с длинной голяшкой, бают, сама Царевна Ляксандра носит, которая вдова Вяземская. И кафтан такой же. Ничего она не боится.

— А чего ей бояться?

— Что люди осудят. Не гоже бабе в таком ходить. А она ещё и на коне скачет.

— Рот прикрой, Анисим. И не вздумай больше её бабой называть, али девкой. Царевна она. Да не простая. А то ляпнешь где, головы лишишься. Странно, чего этим то от меня надо?.. Иди открой, а то ворота сейчас выломают.

Анисим скрылся за дверью. В трапезную из своей светлицы забежала юная девушка, бросилась к Андрею.

— Батюшка, кто это? Мне страшно.

Андрей обнял дочь, стал гладить её по волосам, заплетённым в толстую и тугую косу, украшенную разноцветными лентами.

— Не знаю я, Настенька. Анисим сказал, это люди Царевны Александры из Корпуса.

— Что им нужно от нас, батюшка?

— Не знаю. Я долгов перед Царевной как-то не имел.