Александра

Я сумею его убедить. Тула подходит как ничто лучше. Там богатые залежи железных руд. Есть много леса, древесный уголь делать. Тулу укрепим. Вместо деревянных стен, сложим каменные бастионы. И уже опираясь на Тулу и ряд крепостей, таких, какие мы сами сейчас стром на Дону, можно начать наступление на степь. На тех же ногаев и на казанцев. Вообще хорошо бы взять под полный контроль всю Волгу. Поэтому и Казань, и Астрахань брать придётся.

— Зачем, Саша, брать Казань?

— Я же сказала, нам Волгу нужно брать под полный контроль. Она ключ к Каспию. А через Каспий можно попасть в Персию. И это очень важно. В Персии хлопок закупать.

— А зачем он нужен, этот хлопок?"

"— Из хлопка много чего нужного можно сделать, Ванечка. Это и одежда, и новый порох. Бездымный, который мощнее черного. Да и другие товары везти из Персии можно будет беспрепятственно.

— Саша, ну ты скажешь тоже. Казань вон какие стены с башнями имеет. Там много крови прольётся. Не сдюжим. Да и ногаи с крымчаками могут ударить.

— Плевать какие там у неё стены. И на ногаев плевать с крымчаками. Этих умыть кровью нужно так, чтобы пару лет, как минимум сидели раны зализывали и не дёргались в нашу сторону. А за это время взять Казань и Астрахань. Стены у Казани высокие и тонкие, не рассчитанные на противостояние артиллерии. Так что разбить их пушками можно достаточно быстро.

К нам в светлицу зашли Фёдор Мстиславович и Евпраксия Гордеевна. Я спокойно продолжила кормить сына. Он ещё не на сытился. Свекровь смотрела и умилялась. Вяземский старший тоже был доволен. Ну а как. У него уже двое внуков. Род увеличивается, и есть уже третье его поколение. Наконец малыш насосался и отвалился от титьки. Я спрятала грудь. Вытерла платочком ротик младенца.

— Сашенька, дай внучонка мне. — Протянула свекровь руки к моему сыну. Я передала его. Она начала покачивать и сюсюкаться.

— Спасибо тебе, Александра, за внука. — Проговорил боярин, оглаживая себе бороду. Потом склонил голову к своей жене, глядя на внука. — Наша порода, Вяземская. Сразу видно. Вон, нос то мой!

— Твой, твой. — Проворчала свекровь. — Куда уж без носа твоего, Федя.

— И подбородок тоже. — Не унимался свёкр. Я только усмехнулась.

— И это тоже. И уд твой. Можешь не сомневаться. — Улыбаясь, покачивала маленького боярыня.

— Ну а как ещё то? Муж он. Боярыч! Вяземский. Чай не девка. Была бы девка, тогда твоё бы было всё и срам тоже, Евпраксьюшка.

Мы с Иваном засмеялись. Свекровь, улыбаясь и покачивая головой, ответила:

— Охальник, ты батюшка. Разве можно так, дитё он ещё совсем маленькое.

— От этого он не перестаёт быть мужем. — Не остался в долгу Фёдор Мстиславович. — Александра, как сына то хотите с Иваном назвать?

— Вячеславом, батюшка. Если вы с матушкой не против.

— Нет. Не против.