Александра

У Елены больше, у меня меньше, но всё равно. Ваня, увидев Елену сморщился.

— Что опять вам поговорить надо?

— Надо, Ванечка. Ты пойди до брата своего, он тоже недоволен.

— А кто доволен будет, когда его от жены отрывают? — Иван накинул кафтан, сунул ноги в сапоги и вышел.

— Ничего, перебьются, добры молодцы! — Сказала Елена вслед моему мужу и быстро пристроилась рядом со мной. Я сидела и перед медным полированным до зеркального блеска зеркалом, расчёсывала волосы.

— Что, Лен?

— А ты ловко обработала народ, Сань! — Она захихикала. — Умеешь ты, Саша, по ушам ездить. Маман прониклась по самое не могу.

— Лен, а кто лучше справится с большим хозяйством, как не наша свекровь? Пусть она станет матушкой для кадетов.

— Василий правда разрешил?

— Правда. Сказал делай, что должна, а он посмотрит.

— Вот жук какой.

— Нормальный. Он рачительный хозяин. Дело новое, ещё неизвестное. А он вложится по полной и вдруг пшик. Надеюсь, что, когда увидит наших кадетов, может проникнется.

На следующий день, приехала в карете на полозьях на полигон за городом. Да, Фёдор Мстиславович не забыл о каретах. Мы с Еленой рисовали ему типы карет, а также повозок, что было не мало важным. В качестве эталона для повозок, взяли фургоны американских переселенцев. Для этого времени вполне технологичные, то есть их можно было изготовить и очень удобные. В них не только людей можно было перевозить быстро, но и различные грузы. Главное передвигались они очень быстро. В них и ночевать можно было. Такие фургоны должны были сопровождать как сами войска, так и мобильные конно-артиллерийские группы. Такие группы должны были состоять из ста-ста пятидесяти ратников, усиленные двумя, максимум тремя полевыми орудиями «единорогами», стреляющими шрапнельными снарядами.

Вот и сейчас я приехала на полигон, специально выделенный мне Государём, для проведения испытательных стрельб. Пушки то мне сделали. Но вот произошла заминка со шрапнельными снарядами. То есть ядрами начинёнными картечью, порохом и запальной трубкой. Именно такое ядро сделал в начале 19 века капитан Гари Шрэпнел. По сути в запальной трубке ничего сложного не было. Она делалась из дерева и наполнялась порохом. Трубку то сделали. Но вот с полыми ядрами пришлось помучиться. Их делали либо с толстыми стенками, которые не мог разрушить пороховой заряд снаряда, либо со слишком тонкими стенками и ядро разрушалось при выстреле. Две пушки таким образом угробили. Пришлось пушкарям лить новые.

Пёрт Фрязин заверил меня, что нужные ядра сделали. Когда приехала в сопровождении своей свиты, орудия уже были на исходной позиции. Там же были и пушкари во главе с Петром Фрязиным.

— Царевна. — Подбежал он ко мне, как только я вышла из кареты. — Всё уже готово.