Александра

Сейчас вспоминая детство, юность, я понимаю, что меня к чему-то готовили. Родители мои, люди разные, которые приходили в наш дом. Карту эту показывали, рассказывали о ней. Разные древние манускрипты мне читали. И по лекарству в том числе. А вот к чему меня готовили, я не знаю. А потом всё исчезло. Шпионы османов нашли нас. Нам пришлось бежать. А потом мы с Еленой остались одни. Все погибли. И родители мои и супруг мой первый.

— Вечная память родителям твоим. На небесах они, Александра.

— Спасибо, Государь.

Василий Третий как то странно на меня смотрел. Мне даже стало не совсем комфортно. Из-за чего задала ему вопрос:

— Почему, Государь, ты так смотришь на меня?

— Да вот смотрю и дивлюсь. Сколько в тебе спрятано?! Нормальная жёнка должна дома сидеть, дом блюсти, мужа. А ты скачешь, саблей машешь. Шустрая ты, Александра. Вот к гишпанцам поехала. И не за тканями или диковинными подарками, а за соком неведомой гевеи, которая растёт на другом конце земли. Другая бы, попав на торг, стала опять же ткани выбирать, украшения, а ты к пушкарским избам понеслась, пушки с пищалями себе заказывать. — Он смотрел и качал головой. Мне даже показалось, что он сейчас скажет: «Куда мир катиться? Не по покону это!» Но Василий сказал другое. — Что за бомбы?

— Бомбы от слова бомбарда. Это снаряды такие, которыми, как и ядрами стреляют. По сути, бомба это и есть ядро, но пустотелое. Туда помещают взрывчатку. Бомба, попадая в цель, взрывается, увеличивая урон, нанесённый самим ядром.

— Взрывчатка?

— Да, Государь.

— Порох?

— Можно порох. Но он не такой сильный. Лучше другую взрывчатку. Бризантную, у которой скорость горения намного выше, чем у пороха, а значит выше мощность взрыва, фугасность. И скорость детонации.

— И что это за взрывчатка?

— Тротил. Этим Елена занимается.

— Насчёт Елены. Значит она там делает этот самый тротил?

— Пытается.

— Вместе с чернокнижником Маркусом?

— Да какой он чернокнижник, Государь? Обыкновенный алхимик. Всё мечтает свинец в золото обратить.

— А что не обратишь?

— Нет, Государь. Это никому не под силу, кроме Господа нашего. Поэтому Елена его сразу стала отучать от таких глупых мыслей и направлять их в нужное русло. Она не только взрывчатку делает. Она мне эфир делает, для лекарских операций, если больного нужно усыпить. Мыло делает. Если получу кау учу от гишпанцев, она мне нужные инструменты из этой смолы сделает.

— То есть, как мне докладывают, чёрной волшбы там нет?

— Нет, Государь. Как может добрая христианка заниматься чёрной волшбой? Да и вообще любой волшбой? А Елена добрая христианка.

— Добрая, только вот сквернословить любит.

— То она в сердцах говорит, Государь. А потом молится, отмаливая это маленький грех.