Александра

— Ты что здесь делаешь? И что на тебе? — Задала вопрос маман. Мы решили с Еленой вступиться за младшую Вяземскую.

— Матушка. — Начала я. — Мы просто постарались сделать ещё красивее Евдокию. — Я заметила, как маман, потянула носом, вдыхая аромат французских духов 21 века. — А теперь мы приглашаем Вас, матушка. Всё же в Кремль поедем.

— Я то не поеду. Это вы поедите, Федор Мстиславович поедет, да мужья ваши.

— Всё равно, матушка. Присаживайтесь. Федору Мстиславовичу будет очень приятно увидеть вас.

Поработали с боярыней. Так же надушили её. Она с удивление и благоговением смотрела на флакончик духов.

— Что это за чудо?

— Это благовония, матушка. — Сказала Елена. — Из Франции, из самого Парижа, где царствует французский король.

— Господи, пресвятая богородица. — Перекрестилась маман. Мы тоже вместе с ней и с Евдокией."

"Под платье я надела сапоги. Да, те самые до колен. Это на всякий случай. Так же под платье надела штаны. Нет, не камуфляжные, а адаптированные шаровары, те которые я носила на повседневку, не в обтяжку, но и не широкие. Хорошо бы ещё надеть свою миланскую кольчугу. Но решила, что это перебор. Вообще наши с Еленой платья были с сюрпризом. По бокам имелись разрезы, чуть ли не до пояса. Но сейчас они были искусно скрыты. Края разрезов были плотно прижаты друг к другу, причём внахлёст и скреплены нитью, но не крепко. И при необходимости одним движением можно было разъединить края разреза. И тогда подол уже не сковывал бы движение. Мощные серьги, которые в это время носили женщины, мы надевать не стали. Маман, конечно, удивилась, но настаивать не стала. Мы оставили свои серьги. У меня были золотые с небольшими бриллиантами. Это был подарок мужа, перед тем, как он уехал в командировку, из которой вернулся в цинковом гробу. У Елены были свои серьги с рубином. Я не знала настоящий рубин это или искусственный, но какая разница? Здесь всё равно никто это распознать не мог. А рубины на Руси ценились даже больше, чем алмазы. Нам заплели с Еленой косы. На волосы мы надели жемчужные сеточки. Вроде и волосы не скрыты до конца, но и не простоволосые. Протокол замужней женщины соблюдён. Такие сеточки стали совсем недавно входить в Европе в моду. Но в Москве у ювелиров, в основном это были евреи, они уже появились и были куплены накануне нашего визита в Кремль. Бусы надевать не стали, зато надели с Еленой очень красивые подвески из сундука. Подвески были разные у нас с Еленой. Я надела с изумрудами, а Елена с рубинами. У неё вкупе с серёжками получился гарнитур. Так же на голове были закреплены диадемы принцесс. Да, те самые, которые я по наглому присвоила нам с Еленой. На руки мы надели белые перчатки. Их сшили нам ещё в пограничной крепости. Перчатки были плотные. Шились под нашим строгим надзором.