Александра

Показал жестом, что идёт наверх. Я ему кивнула. Наложила опять стрелу на тетиву лука и стала осторожно спускаться вниз. Спустившись на один оборот винтовой лестницы, услышала, как кто-то поднимается. Быстро убрала лук, положив его на ступеньки. Слишком внизу был крутой поворот. Вытащила из-за спины катану. Из-за поворота лестницы показался ещё один стражник. Он нёс кувшин. Увидел меня, но даже удивиться не успел. Кончиком катаны чиркнула ему по шее. Кувшин выпал из его рук, разбился. По ступенькам потекло какое-то хмельное пойло. Да они тут пьют! Вот уроды. За такое, я бы весь караул за яйца подвесила. Стражник, глядя на меня с ужасом и схватившись за горло, из которого обильно текла кровь, стал сползать по стенке. Я помогла ему. Вот его глаза остекленели. Я быстро сбежала вниз. Никого не было. Только внизу, на полу стояла небольшая бочка. Понюхала. Фу, воняло так же, как и из разбитого кувшина. Заперла на засов калитку, ведущую во двор. Нечего шариться кому не попадя. Потом взбежала на верх, по пути подхватив лук и стрелу. Там было уже всё кончено. Ещё двое стражников медленно остывали возле деревянного, грубо сколоченного стола, на котором лежали куски хлеба, куски мяса. Пара луковиц, кувшин и четыре кружки, с тем же самым пойлом. Никифор посмотрел на меня вопросительно.

— Один внизу был. — Сказала ему. Он кивнул. Тут же, в этой комнате увидела штук десять бочонков. Подошла посмотреть. Что это? Вино? Нет. Иначе зачем им ходить за пойлом вниз?

— Царевна, огненное зелье. — Тихо проговорил Никифор. Я удивлённо на него посмотрела. — Я такое во Пскове видел.

Вытащила деревянную затычку у одного из бочонков. Точно. Чёрный порох. Причём очень хороший, мелкими зернами. Так, что же это получается? Если есть порох, значит должны быть пушки. Но ни дядька Евсей, ни сам боярин про пушки фон Деница не говорили. Значит их не было.

— Ты прав. Это огненное зелье или по-другому порох. Если есть порох, значит должны быть пушки. Иначе зачем он здесь? Теперь вопрос, сколько пушек и где они? — Проговорила я, рассуждая сама с собой. — Здесь пушки нет. Да и где её здесь расположить? Бойниц три штуки, одна на юг, одна на восток и третья во двор. Узкие они, обзор маленький. К тому же вентиляция не достаточная. Тут с одного выстрела от дыма все задохнуться.

Никифор показал пальцем наверх. Всё верно, самая верхняя площадка башни, где раньше ставили противоосадные машины, катапульты, скорпионы, баллисты. Мы поднялись ещё на один пролёт. На верх вёл люк. Посмотрели с Никифором друг на друга. Он приложил палец к губам. Потом тихо поднялся по небольшой лесенке и надавил на люк. Тот легко поддался. Никифор выглянул. Некоторое время не шевелился. Я смотрела на его ноги и часть тела, остальное было по ту сторону люка. Вот он опустился назад.

— Никого.