Ад, или Александр Данилов (СИ)

Правда, он прислал перевод, вот на эти деньги я и купила приданное малышке.

Какое-то время Олег и Зоя Фёдоровна молчали. Информация просто не укладывалась у Олега в голове. Мало того что у ребёнка до сих пор не было имени, хотя прошло уже пять дней, так к её рождению ни Соня, ни бабушка ничего не подготовили. Он не мог представить, чтобы его мать могла так поступить, хотя и были они с тётей Зоей родными сёстрами…

Сейчас он жалел, что не особо дружил с Сашей — так, общались, конечно, но не тесно. У каждого своя жизнь, дела, работа, да и разница в девять лет близким отношениям не способствовала.

— Тёть Зоя, а как Саша вообще? С детьми общий язык нашёл? Я не про то, что он их усыновил, я про отношения. Приняли они его?

— Не знаю я, Олежек. Он не говорит, а я не спрашиваю. Чужие они мне, хотя Катя сильно внешне на Сашеньку похожа. Были бы проблемы какие в семье той, он бы поделился, наверно. А молчит — значит, всё хорошо. Хотя он и про Дину ни словом не обмолвился. А Соня говорит, что она не жилец, к постели прикована, что просила её не бросать Сашу и детей. Не знаю я, что об этом думать. Саша Сонины слова не подтвердил, да и я на внучку сразу перешла, ничего выяснить не успела. Ты что-то знаешь?

— О Дине? Нет, ничего. Да и про детей я бы у вас не спрашивал, если бы знал. Одно я только разумею: не на того человека вы ставку делаете. Об одиночестве говорите, а у вас ведь сын. Соню привечать пытаетесь, иллюзию семьи создать хотите, а она есть, настоящая семья, — там, где Саша. И внуки есть, те самые трое, которых он воспитывает, и Серёжа, ну его-то вы приняли и вроде как любите. Вы хоть помните сколько лет Сергею, про тех детей я даже и не спрашиваю, фотографии показать можете?

Зоя Фёдоровна насупилась.

— Ты меня жизни учить решил?

Олег встал из-за стола и поставил свою чашку в раковину. Развернулся к тёте.

— А кто, если не я? Так получилось, что я оказался втянут во всё это безобразие, что сейчас творится. Чуть центр свой не потерял из-за вашей Сони, я уже не говорю об испорченной репутации, зато много что понял. И насчёт Сони вашей — тоже. Через мои руки много женщин прошло, многим я сумел помочь, а кому-то не сумел. Только вот все они по-настоящему мечтали о материнстве, и рождение младенца для них было самым большим счастьем в жизни. А Соня на ребёнка взглянуть не захотела. Ей, видите ли, больно было, устала бедная, не до дочки. Это позже, когда мозги включились, она из себя мать-героиню лепить начала. Каждой сестричке рассказывала, через что прошла ради своей малышки. Та только на свет появилась, а уже вон как своей мамаше обязана. И вы считаете, что Саша с этой женщиной был бы счастлив?

Зоя Фёдоровна задумалась.