Ад, или Александр Данилов (СИ)

Давайте я закажу свежий? — Он спросил совершенно непринуждённо, а она кивнула головой, как будто они были старыми знакомыми.

— Я люблю двойной эспрессо…

— И десерт, — подмигнул он Соне, подозвал официанта и сделал заказ, продолжая пить свой кофе. — Я встречал мало женщин, которые любят двойной эспрессо…

Соня подумала, что когда её дочь орёт по ночам, она готова пить и тройной, и четверной, но вслух сказала совсем другое.

— Какие ваши годы! — Она поняла, что сморозила глупость, подчеркнув их разницу в возрасте. Он же может обидеться, и продолжения «Марлезонского балета» не случится.

— Ну почему же, — мужчина неожиданно рассмеялся, — годы не такие уж большие, конечно, но и не так чтобы маленькие. — Она чувствовала его взгляд, ей казалось, что он ласкает, забираясь под кофточку, и это было неожиданно и приятно.

— Думаю, что вам не больше двадцати четырёх, и я, определённо, старше. — Она понимала, что ведет себя неправильно, но не могла остановиться.

— Мне двадцать пять, и если я и моложе вас, то ненамного, года на два-три. А это не такая уж существенная разница. — Легкая улыбка на его губах давала понять, что ситуация его забавляет.

Соня, глядя на эту улыбку, совершенно забыла о том, почему она здесь. В этот момент её голову покинули все мысли и о дочери, и о Данилове, и о его матери, и она откровенно и беззастенчиво флиртовала с незнакомым мужчиной, вновь ощущая себя молодой и желанной.

Но наваждение быстро исчезло, возвращая в суровую реальность.

— Мне пора. Даже и не знаю, что на меня нашло, — изобразила смущение Соня, но подняться не успела — мужчина остановил её, взяв за руку. Его прикосновение было горячим, властным и нежным одновременно.

— Постойте. Простите, если я что-то сделал не так. — Он смотрел ей в глаза, а голос обволакивал, гипнотизировал, проникал в самые потаённые закоулки души.

Соня хотела возмутиться — да что он себе позволяет! — но в это время в сумке пиликнул смартфон. Она откинулась на спинку стула, достала гаджет и, прочитав сообщение от Зои Фёдоровны, с удивлением заметила, что перерыв в ЗАГСе закончился.

Незнакомец продолжал смотреть на неё, ожидая ответа, и Соня решила, что ЗАГС может и подождать, а вот если она сейчас уйдёт, то её опять ждут одиночество, холод, ворчание Зои Фёдоровны и ор ребёнка.

Официант принёс заказ. Соня схватилась за чашку с горячим напитком, как за спасательный круг, и отпила глоточек, обжигаясь. Неужели сейчас всё закончится… Они расстанутся и больше никогда… Да, никогда… Слёзы навернулись на глаза, и она смахнула их, надеясь, что внимательно наблюдающий за ней мужчина ничего не заметил.

Соня сама положила свою руку поверх его руки и открыто взглянула в глаза.

— Мне пора, — пожав плечами произнесла она, закусив губу.