Алчность

Интересно, удовлетворило ли бы детектива зрелище Эда Брауна с петлей на шее и смог ли бы он забыть о том, что хотел убить его, но не сумел?

Офицеры охраны кивнули в ответ на их приветствие и провели их через интраскоп.

— Энди…

— Привет, Джимми…

Сегодня ребятам выпало серьезное испытание. Обычно спокойный зал суда номер пять, где каждые два дня рассматривался скорбный список дел, связанных с насилием, пьяными драками со смертельным исходом и тому подобными бытовыми преступлениями, сегодня был под завязку набит любопытствующей публикой. На сей раз ржавые и медлительные колеса правосудия обещали много больше обычного: начинался первый день самого долгожданного судебного процесса над убийцей, какой когда-либо предстояло наблюдать Энди, и шоу должно было начаться с минуты на минуту.

Студенты-юристы, репортеры и патологически любопытные зеваки всех сортов собрались, чтобы насладиться тем, как одна за другой станут разворачиваться мрачные детали расследования. Сегодня будут произнесены первые слова обвинения и защиты. В этот день представитель Короны вкратце изложит доказательства вины человека, обвиняемого в убийстве девяти молодых женщин, и постарается с самого начала завоевать доверие присяжных, вызвав для дачи показаний своего «звездного» свидетеля — единственную оставшуюся в живых жертву нападения Эда Брауна — Макейди Вандеруолл. Однако Энди не суждено увидеть ее выступление. Поскольку он сам свидетель, Энди не разрешается присутствовать в зале суда, пока не придет его черед давать показания. Несмотря на то что он, старший детектив, произвел арест, его не вызовут первым, и он не должен слышать, о чем говорят другие свидетели, чтобы их рассказы не повлияли на его собственные воспоминания о событиях.

Энди не допускали к делу, и вызванное этим обстоятельством чувство бессильной злости стало для него едва ли не привычным. Он напряженно ожидал момента, когда сможет ободряюще кивнуть Макейди, прежде чем она войдет в зал суда. И это единственное, что он мог сделать для нее. Просто кивнуть. Энди тщетно пытался смириться с этим чувством.

— Ставлю пятьдесят долларов на то, что сегодня ее спросят, трахал ты ее или нет.

— Джимми! — Энди потер виски. — У меня башка трещит.

— Брось. Спорим на пятьдесят!

Энди заткнул уши.

— Ух, да ты вчера набрался, — Джимми наконец понял, как уязвим сейчас его напарник.

— Ага.

Энди мучился с похмелья после вчерашнего свидания с приятелем «Джеком Дэниэлсом». Он все же заставил себя покончить с этим делом, еще раз швырнув бутылку в мусорное ведро, но только после того, как опорожнил ее на три четверти. Потом он запил виски парой банок безобидного на вид пива из холодильника. Таким образом, похоже, эту битву бедняга не выиграл.