Альбион сгорит!

А ещё, кажется, тут начала своя версия «Безумного Макса» где некоторые группы отчаянных людей или просто головорезов начали бороться за своё существование. Иначе объяснить разгромленные лагеря, которые также попадались нам, было сложно.

Но была и обратная сторона. Передовые дозоры добравшиеся до окраин города обнаружили множество повешенных на деревьях и столбах. И у многих к груди были прибиты дощечки и картонки, на которых было написано «преступник». Военные наводили порядок как могли и их методы даже находили понимание в нашей армии.

Наконец-то наши разведчики наткнулись на первые блокпосты защитников Бирмингема и вернулись обратно к нам, чтобы доложить об этом. Теперь нам предстояло решить, как же поступить с вражеским оплотом, ибо оставить его у себя за спиной мы не могли.

— У нас вполне хватает сил, чтобы взять город в осаду, — докладывал Хроненко. — Общее количество военных и представителей правопорядка в Бирмингеме оценивается в семьдесят четыре тысячи штыков. У них мало техники, никакой авиации. Однако у них наверняка имеется связь с оставшейся армией по ту сторону каньона и они могут послать самолёты и истребители на помощь. У нас есть ПВО, но весь вопрос в том насколько большие силы авиации они пошлют.

— Штурм города вызовет проблемы с находящимися в нём гражданскими, — подал голос один из китайцев. — Будет большое количество жертв, а затем начнётся массовый побег из города, что моментально замедлит наш штурм и даст дополнительное преимущество защитникам.

— Долгая осада тоже не в наших интересах, — сказал Виктор. — Наше преимущество в скорости, мы должны добраться остатков вражеской армии на севере и разбить их пока они всё ещё не оправились от нанесённого им ущерба.

— Пошлём машину с белым флагом к ближайшему посту противника, предложим переговоры, — включился я в беседу.

— Переговоры? — Переспросил Цесаревич. Моей миролюбивости удивились абсолютно все.

— Терять время и людей здесь я не желаю. Куда проще взять город без боя, не правда ли? Местные военные продемонстрировали, что готовы пойти даже на радикальные меры для сохранения жизни гражданских собравшихся в Бирмингеме. Воспользуемся их желанием сберечь жизни сограждан.

— Учитывая, что они полностью отрезаны от своих на севере, а обстановка на юге будет ухудшаться с каждым днём, они могут согласиться на переговоры и сдачу города, — согласился китаец. — Весь вопрос в том, что мы им предложим и кто именно будет вести с ними переговоры.

— Лучше меня кандидата для переговоров нет, — улыбнулся я.

— Я как-то сомневаюсь в этом, — высказал своё мнение Хроненко. — Для британцев ты сейчас само воплощение вселенского зла.

— Не отрицаю, всё случившееся с ними моих рук дела. Ещё они знают, что именно я командую этой армией.