Алауэн. История одного клана

Женщина упала на кровать рядом с ним и прижала голову сына к своей груди:

– Мой мальчик! Мой маленький мальчик. Я думала, что это навсегда. Сери! Рыжик мой несносный.

– Ну мама! Я же просил не называть меня так. Как девчонку! – На щеку упала соленая капелька, и Сери поднял глаза. – Я жив. Все хорошо.

– Мы считали, что навсегда потеряли тебя.

Так вот почему… Он и сейчас практически не чувствовал своего брата, успевшего присесть рядом с матерью. Лишь некое родство, благодаря которому его тело не восприняло Колина как врага и спокойно подпустило близко. Но обычных отголосков чувств друг друга не было.

– Решили, что от меня так легко отделаться?

– Дурачок! – улыбнулась мама сквозь слезы радости.

Пропустить появление его отца не дала магия. Сери просто кожей почувствовал ее – горячую, близкую. Но когда увидел стоящего в дверях отца, не смог сдержать смеха. Отчего тут же поплатился – ребра чудовищно обожгло болью.

Но это как-то быстро прошло. Подняв лицо, Сери улыбнулся, вглядываясь в чуткие зеленые глаза асура, самого лучшего лекаря, какого он знал.

– Дядя? И тебя тоже вытащили?

Ничего не говоря, асур поднял руку, словно готовясь отвесить незадачливому племяннику хороший подзатыльник. Но Сери прикрыл многострадальную голову руками.

– Тебя за такие выкрутасы надо бы вообще без обезболивающего оставить. Мальчишка! – С учетом, что демон выглядел едва ли не младше своего пациента, смотрелось все очень глупо. – Просто удивительно, как вообще выжил при таком стремлении к саморазрушению.

– Хорошие связи и пара десятков душ в обмен.

Зеленоокий побледнел и все же отвесил племяннику подзатыльник.

– Так у тебя мозгов-то хватило торговаться с НИМ?!

– Ну мозгов, предположим, на это много и не надо, – задумчиво посмотрел на него отец. – А вот наглости!..

– Но как ты смог вернуться? Предположим, душу Аид отпустил, но путь назад не так легко найти.

– Песня! – понял Колин.

Песня того, кто слишком дорог, чтоб не отозваться.

Сери улыбнулся и окинул комнату пытливым взглядом. Сердце испуганно екнуло. И, судя по взгляду брата, ему есть чего опасаться.

– Где она? Колин, ответь мне.

Попытку матери хоть как-то смягчить удар и подготовить сына к предстоящему потрясению просто проигнорировали. Сери смотрел только в узкие зрачки брата.

Сидящую на пустой, безжизненной земле девушку. Ее губы шептали глухое «нет», а из глаз катились слезы, которые тут же замерзали на бледных щеках.

Высокая фигура в блестяще-серебряном плаще, уходящая куда-то в сторону окна. Соскользнувшая ткань открывает белоснежные волосы и раскрывающиеся серые крылья…

Глаза, такие холодные, что вымораживают душу того, кто в них смотрит. Ледяные пальцы на щеках. Тихий, знакомый и все же такой непривычный голос «Прости, но без него мне пусто.