Алауэн. История одного клана

Вопреки досужим слухам, я не упала замертво, отравленная кислотой или зловонием. А вместо этого провела по носу с двумя большими ноздрями.

«Залезай. Не бойся, не уроню».

Я впала в ступор. Они что, знают, что я их слышу?

«Телепатически Алауэн могут общаться с другими существами только в ипостаси дракона».

Колин помог залезть ему на спину, Сери подхватил вещи, и оба дракона поднялись в темное ночное небо, быстро растворившее грань между верхом и низом. Лично мне казалось, что мы плывем во тьме, присыпанной сияющими звездами.

Выглядело это… аппетитно!

Когда кто-то пытается играть с самим Драконом, реакция Дракона бывает совершенно неожиданной. И не всегда – негативной.

Передо мной стояла важная и сложная задача – отцепить свои скрюченные, побелевшие пальцы от костяного гребня. Миссия невыполнимая!

Устав от ожидания, гранатово-красный дракон обратился в высокого, стройного мужчину и, подойдя к нам, начал помогать отдирать словно сросшиеся с гребнем пальцы.

– Мм! – покачал он головой, когда после долгого мучения отогнул-таки мизинец моей левой руки. – Эдак мы до ночи здесь будем копаться.

Слазив в свои сумы, он выудил небольшой флакончик и вылил себе на руки немного ароматного масла, пахнущего цветами апельсина. Мы с Колином завороженно следили за ним, получив хоть какую-то надежду расстаться друг с другом. Еще минут пять Сери с упорством, достойным восхищения, и таким же терпением растирал мои сведенные пальцы. От его жарких рук по телу бежали разряды магии, заставляя заново вспоминать, что такое движение.

Но вот упрямые пальчики один за другим стали распрямляться, а меня взволновал другой вопрос: как сказать близнецам, что ноги тоже свело, и какое место тогда начнет растирать Сери?

Ответ, слава всем богам и богиням, искать не пришлось – как только мои руки отцепились от драконьего загривка, многострадальное тело свалилось вниз. И кто бы знал, насколько это меня порадовало, даже несмотря на вновь отбитый копчик и веселые ухмылки братьев.

Я же их предупреждала, что боюсь высоты. Так вот, в процессе выяснилось: я панически боюсь высоты и истерически – летать. Доказано практикой. И если путешествие ночью даже смогло доставить мне удовольствие, то забрезживший рассвет принес такие ужасы, что хоть стой, хоть падай. Хотя нет, последнего не надо, как раз этого я и боялась. Поэтому весь полет мужественно закрывала глаза и крепко держалась за гребень.

Вот и результат – валяюсь неизвестно где с вымазанными маслом руками, негнущимися ногами и отсиженной попой.

– Ты еще землю поцелуй.

Я перевела взгляд на этого желтоглазого гаденыша и чуть слышно прошептала:

– Да лучше с землей…

Сери хищно сощурился, но после полета мне никакой разнос не страшен. Может хоть убить, главное – не тащил бы в небо.