Аларания

Но перевес сил был явно не в нашу пользу. Всего один демон в человеческом обличии против трех десятков! Я чуть не застонала в голос, увидев, что у Риона даже нет с собой клинков. Он был босиком, в одних штанах, волосы мокрые. Демон быстро осмотрел мою разодранную, залитую кровью рубаху. Его лицо исказилось, и Рион сжал зубы.

– Закрой глаза, Ветряна, – безжизненно произнес он, поворачиваясь ко мне спиной.

По его телу поползла Тьма, и я решила, что Арххаррион будет оборачиваться. Но нет. Тьма поползла по его рукам в тот момент, когда демоны со всех сторон бросились на нас. Тьма стелилась по песку, капала с ладоней Арххарриона, словно ртуть, черными змеями извивалась во все стороны. Обвивала демонов, сдавливая их ядовитыми силками, заползала в их глазницы и распахнутые в мучительном крике рты… Выдавливая из них жизнь. Убивая. Я никогда в жизни не видела ничего страшнее.

Только сейчас я поняла, что значит владеть Тьмой. Что имел в виду Дагамар, говоря о Тьме, живущей в Арххаррионе. И как Рион смог выстоять против Ххантора…

Просто в нем было не меньше Изначальной Тьмы, чем в древнем чудовище.

Черная змея добралась до меня, обвила смертельным кольцом… и отпустила. Рион резко обернулся, и я задохнулась, заглянув в его пустые, затянутые чернотой глаза.

– Ну почему ты меня никогда не слушаешь, – произнес он, подхватывая меня на руки.

Из перехода мы снова вышли в спальне. Арххаррион положил меня на кровать, оперся руками о покрывало.

– Сейчас… Не смотри на меня, – тихо велел он, не поднимая головы.

Он дышал хрипло, тяжело, в груди его что-то булькало, словно демон нахлебался болотной жижи. Тьма все еще струилась из его глаз, обвивала тело, жадно лизала кожу. Моя спина и плечо ныли, кровь впитывалась в светлое покрывало, но я почти не чувствовала этого. Первобытный страх перед Изначальной Тьмой наполнял душу ужасом, сковывал тело неконтролируемой паникой. Вся моя сущность восставала против этой Тьмы, стремилась спрятаться, убежать! Я глубоко вздохнула, пытаясь сдержать свой страх.

Но, конечно, Рион почувствовал.

Он отодвинулся и встал, не поднимая головы, не давая заглянуть в его лицо. Повернулся ко мне спиной.

– Я пришлю лекаря, – медленно проговорил он и вышел, так и не обернувшись."

"Глава 10

Когда меня осматривал седой лекарь с цепким и внимательным взглядом, я безучастно молчала. И потом, когда Олби мазала раны тягучим снадобьем, обещая, что никаких следов на моей коже не останется, тоже в разговор не вступала. Демоница была явно расстроена и даже поглядывала недовольно, поджав губы. Похоже, она уже знала, откуда эти кровавые борозды, и винила меня, что огорчила ее повелителя. Она даже головой качала, не понимая, почему я так глупо себя веду. Разговаривать с ней не хотелось.