Аларания

Ей сломали крылья и бросили умирать. Я сама сломала. И теперь внутри были звенящая тишина и холод, как в этом глиняном кувшине с трещиной на боку.

Друзей нашла в трапезной. Они вскочили, когда я вошла. Лорд Даррелл – бледный, под зелеными глазами его залегли тревожные тени. Анташар – хмурый. Ксеня смотрит расширившимися глазами, и, словно успокаивая, ее руку сжимает Данила.

– Я хочу сделать в Риверстейне школу для детей с магической Силой, – сказала я и прошла через трапезную, провожаемая молчаливыми взглядами, – для тех, кто однажды услышал Зов. И еще я хочу есть…

Друзья как-то разом все зашевелились, засуетились, доставая из корзин хлеб и сыр, наливая в кружки травник и преувеличенно громко что-то рассказывая. Я не слушала, но улыбалась и даже кивала, рассматривала родные стены, знакомые с детства столы и лавки…

Сегодня мне исполнилось девятнадцать лет. По меркам Северного Королевства я стала совсем взрослой.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1

Первое, что я сделала после легкого завтрака, – отправилась к Источнику. Друзья порывались со мной, но я покачала головой, и все послушно уселись на лавки. Не знаю, что пугало их во мне, может, спокойствие, но смотрели они со странной опаской… И ни о чем меня не спрашивали. Совсем. Словно все по молчаливому согласию решили сделать вид, что я никогда не была в Хаосе.

Меня это более чем устраивало."

"Выйдя из здания, я замерла, прислонилась к обледеневшей каменной стене. Риверстейн. Мой замок, моя земля, мои корни… Духи снега и озер, болот и сосен уже начали петь свои песни, почуяв возращение Хранительницы. Еще несмело, не веря, что их слышат, а потом все громче они шептали свои истории, рассказывали о том, как ждали меня…

Я пошла вдоль стены, трогая замерзшие камни. Кончики пальцев чуть покалывало от мороза, иней таял от тепла моих рук, оставляя на камнях тонкие дорожки.

На стене ограды, нахохлившись, сидели черные вороны, неизменные спутники Риверстейна. Когда-то я боялась их. А сейчас улыбнулась, как старым друзьям. Вон та, большая старая ворона еще помнит наши с Ксеней детские забавы. И тогда она сидела здесь, под лапами елей, смотрела неодобрительно. Вон те, молодые и любопытные, склонившие головы с горбатыми клювами, смешные. Под стеной, прячась от ветра, застыла раненая птица. Черные перья взъерошены, на боку – кровь. То ли в капкан угодила, то ли в лапы к кошке… Я поманила ее, и птица тяжело взлетела, опустилась на мою ладонь. Я пригладила перья, излечила рану, отпустила.

На небе недовольно ворочалась сизая туча. В ее брюхе зарождался снежный буран. Она пыхтела, спеша вывалить на землю пушистый снег. Я толкнула ее ветром. Иди, милая, иди на север, там плачут без снега деревья, мерзнут… Укрой их белым покрывалом, пусть спят до весны. А в Риверстейне бурь достаточно.