Алан. Скажи, что ты моя…

А тут все то, что так люблю, как бы мама ни пыталась мне навязывать эстетику высокого искусства – вой толпы, крики девчонок, готовых ради победителя на все, вкус этой самой победы, пусть и отдающий металлическим привкусом… Как я люблю это состояние… Когда тело сливается с коллективным экстазом, подбрасываемое на вибрациях эмоций исступленной толпы, когда все мысли, чувства, эмоции в стороне и есть только октагон, а на нем он- тот, кого тебе нужно ушатать…

Я часто спрашивал отца, что он чувствовал к соперникам… Ведь они формально твои враги, но… ответ меня в детстве всегда поражал… «Что угодно, только не ненависть, сынок… Главный соперник себе на ринге ты сам- со своими страхами, неуверенностью, смятением… А эти, кто стоит против тебя, просто средство победы или поражения этих твоих истинных соперников»… Тогда я не понимал его слов. Сейчас считаю их гениальными… Стоит вот так вот взглянуть на происходящее в октагоне, появляется трезвость и спокойствие, так необходимые для победы…

Я был уверен, что сегодня не облажаюсь… Просто знал. Меня интуиция вообще редко подводит. Это от матери…

До боя минут пять. Зал гудит. Я выхожу на ринг первым. Начинает играть любимый дип басс. Внутри все клокочет. Рука отца одобрительно опускается мне на плечо. Рядом верный друг и спарринг-партнер Давид, наш семейный док, еще пару человек поддержки. Не люблю толпы фанатов и свиты… Уж пока-то мне это точно незачем… Мне бы пока себя показывать, не до павлиньих хвостов, хотя отец вот никогда ничего никому не доказывал, этим самолюбованием никчемных борцух не грешил, хоть мало кто с ним по крутости мог соревноваться…

Я выхожу на октагон, слышу пульсирующие удары адреналина, бьющего по вискам, наставления рефери. Мне вставляют каппы в челюсти, проверяют перчатки. Примеряюсь к арене и ее покрытию- совершаю прыжки и выпады, пользуясь временным зазором до выхода соперника… А потом глаза опускаются на первый ряд."

"–Это кто?-сипло спрашиваю я стоящего рядом у клетки Давида, не в состоянии оторвать глаз от этой девчонки… Ругаю себя в голове последними словами, что вместо мыслей о предстоящем бое сейчас залипаю на телке, но не могу отцепиться от нее… Меня тянет на нее смотреть, как пчел на сладкое…

–Это,– усмехается друг,– телка Барина. Не видишь что ли? Рядом с ней сидит.

О Барине я слышал и много раз видел его в действии. Хорошей борец. Уже, правда, почти пенсионер, но свое отпахал в клетке на пять с плюсом- лет десять ушатывал соперников. Наверное, самый успешный из славян после Емельяненко. Уважаю его как профессионала, хоть лично и не знакомы. Увидел моего отца, почтительно встал, поздоровался традиционными объятиями. Еще бы.