Алан. Скажи, что ты моя 2

Мне бы признаться ему во всем, рассказать, а я молчу… Почему я молчу? Что меня останавливает? Та, другая я, та Бэлла, Его Бэлла. Это она затыкает мне рот – и ничего с этим не поделаешь… – Тебя не хватает.

Эти слова звучат на грани рыданий. Голос дрожит. Не знаю, он это слышит?"

"– Какие планы на день? – спрашивает он. – На работу идешь?

– Нет. У меня неделя передышки. Там утверждение проекта в инстанциях. А ты?

– У нас дел выше крыши. Совещание за совещанием, осмотр объектов, куча нарушений… Работы невпроворот…

– Ясно…А я к Снежане сейчас поеду. Эльдар ее тоже в командировку уехал. Вместе день проведем…

Подруга и правда меня ждет. Я позвонила ей еще вчера вечером, не выдержала, расплакалась. Рассказала все, как есть. Про Алана, про его странное поведение, про произошедшее в лифте и про его звонок… Не могу это больше носить в себе. Мы договорились, что она пришлет за мной водителя к десяти утра. Поговорила с Робертом и стала одеваться. Даже кофе не смогла выпить – в рот кусок хлеба не лез. Как-то на душе душно, тревожно, беспокойно. А на сердце… На сердце Он. В каждом вздохе Он… Его слова, его дыхание, его силуэт в окне напротив. Я словно бы не здесь, а все еще там, стою и смотрю на бессмысленные и безликие огни Москвы – и только Он для меня живой, только Он имеет смысл. На автомате застегиваю пуговичку за пуговичкой на шерстяном платье до колен, завязываю бантиком пояс. Звонит телефон – водитель на месте. Я быстро спускаюсь, на ходу запахивая пальто. Серебристый «Мерседес» стоит на входе заведенным. Я не жду, что водитель услужливо выйдет из машины и откроет мне дверь, так и не привыкла к этим расшаркиваниям, презираемым в Европе за свой сексизм. Сажусь в темное тепло салона, приятно парфюмированного пихтой или можжевельником. Мы тут же трогаемся с места. Я перевожу взгляд на водителя и вскрикиваю.

Алан

– Алан?! – в ее голосе паника и волнение. Бэлла инстинктивно опускает кисть на ручку двери, но я блокирую ее. – Что это означает?!

– Тихо, малютка. Не паникуй. Ничего страшного не происходит. Давай прокатимся в одно место…

– Прекрати сейчас же! Выпусти меня из машины! – трепыхается она, словно птичка. Красивая, испуганная. Неимоверно влекущая меня… – Знаешь, всё это попахивает чем-то нездоровым! Эти твои звонки, эти портреты мои в кабинете…

Я перевожу на нее взгляд через зеркало заднего вида.

– Боишься? Чего боишься, Бэлла? Себя или меня?

Она замирает, точно так же смотря на меня в зеркало. Ее дыхание порывистое и взволнованное. Мы совсем рядом от того места, куда я ее везу. Поэтому когда машина поворачивает на хорошо знакомую и ей, и мне улицу, она переводит встревоженный взгляд теперь в окно.

– Узнаешь, Бэлла? – спрашиваю ее тихо. Она молча кивает.

– Я все-таки купил нашу квартиру.