Алая нить

 — Мать успокаивающе гладила ее по спине, как ребенка. — Все имеет обыкновение меняться к лучшему. У Господа есть Свои замыслы в отношении тебя и Алекса, они направлены на созидание, а не на разрушение. Доверься Ему.

Господь Бог! Почему в любом разговоре мама упоминает Бога? И что это за замысел такой — разъединять людей? Она высвободилась из объятий матери.

— Все наши друзья здесь. Ты здесь. Я не хочу уезжать. В этом нет никакого смысла. Что Алекс сможет найти в Лос-Анджелесе, чего он уже не обрел здесь?

— Вероятно, ему необходимо доказать что-то себе.

— Он уже все доказал. Он преуспел абсолютно во всем, что делал.

— Возможно, этого недостаточно для него.

— Ему не нужно ничего доказывать мне, — вспылила Сьерра, и у нее перехватило дыхание, голос осекся.

— Иногда мужчинам необходимо что-то доказывать себе, Сьерра. — Марианна взяла дочь за руку. — Садись, дорогая. — Мать усадила ее на старинную выцветшую кушетку. Поглаживая дочь по руке, она грустно улыбалась. — Я помню, как Алекс рассказывал твоему отцу о тех разочарованиях, которые он пережил на работе.

— Именно отец советовал Алексу прочно обосноваться на одном месте.

— Твой отец беспокоился, что Алекс сделает то же, что и он когда-то.

Сьерра снова высморкалась и посмотрела на мать.

— Что ты имеешь в виду?

— Отец менял работу, пожалуй, раз шесть, пока не обосновался в агентстве по недвижимости.

— Правда? Я не помню этого.

— Ты была слишком маленькой, чтобы заметить это. — Марианна задумчиво улыбнулась. — Твой отец хотел стать преподавателем биологии.

— Папа? Преподавателем? — Сьерра не могла представить этого. Он бы не справился с такой работой. Первый же ученик, который бы дерзнул пострелять бумажными шариками, оказался бы в мусорном баке школьного двора вниз головой.

Марианна рассмеялась:

— Да, папа. Он провел пять лет в колледже, готовясь именно к преподаванию в школе, и уже через год практики понял, что ненавидит это. Сказал, что у всех девчонок ветер в голове, а мыслями мальчишек управляет исключительно тестостерон.

Сьерра удивленно улыбнулась:

— Даже не могу себе представить.

— Тогда папа пошел работать в лабораторию. Возненавидел и это. Заявил, что смотреть в микроскоп целый день — смертная скука. Потом он пошел работать в магазин мужской одежды.

— Папа? — снова переспросила ошеломленная Сьерра.

— Да, папа. Вы с Майком учились в школе, когда он уволился. После этого посещал курсы офицеров полиции. Я также категорически воспротивилась этому, как ты сейчас переезду в Лос-Анджелес. — Она опять похлопала Сьерру по руке. — Но все было к лучшему. Я беспокоилась за него, изводилась бессонными ночами. Я была уверена, что с ним что-то случится. Те годы были самыми плохими в моей жизни. И наш брак страдал от этого.