Аквилон. Маг воды. Том 2

— Наверняка перебрали в таверне и привиделось."

"— Про них даже песню сочинили! — добавил Федька с плохо скрытым весельем. — ""Братья Горшковы от дракона бежали, братья Горшковы штаны потеряли'!

— Фёдор! — возмутилась Елена Павловна. — Срамота какая!

— Простите, — смутился он.

Я откусил кусок блина. Творог с изюмом и ванилью таял на языке. После вчерашних приключений организм требовал калорий, и Елена Павловна, похоже, это чувствовала.

— Драконов не существует, — сказал я с самым серьёзным лицом. — Это научно доказано. Но насчет складов сказать ничего не могу, я там не был уже очень давно.

Следующие полчаса прошли в уютной атмосфере. Федька рассказывал о лучших местах для рыбалки, я поддерживал беседу, а Елена Павловна подкладывала всё новые блины, приговаривая:

— Ешьте-ешьте! Молодым нужны силы! Вон какие оба тощие! Федя особенно!

— Я не тощий, — слабо запротестовал Федька. — Я жилистый.

— Жилистый! — фыркнула хозяйка. — Жилы да кости! Вот в моё время мужчины были! Плечи — во!

Она развела руки, показывая размеры богатырей прошлого.

К концу завтрака даже вечно голодный Федька сдался:

— Всё, Елена Павловна! Больше не влезет! Честное слово!

— Ой, какие вы все нежные! — расстроилась она. — Ну хоть с собой возьмите! На обед! А то опять весь день без еды бегать будете!

Пока она собирала нам узелки с пирожками, Федька тихо спросил:

— Господин Ключевский, мы всё-таки будем сегодня заниматься? Я вчера весь вечер практиковался с «Шёпотом», и сегодня с утра тоже. Кажется, начинает лучше получаться!

— Будем. Но не на заводи. Сегодня у меня дела, так что поплывём вместе. Так даже лучше, больше лишнего шума, дополнительная тренировка навыка.

* * *Утренний Синеозёрск встретил нас гомоном и суетой. По каналам сновали лодки всех размеров, от крошечных одноместок до неповоротливых барж. На мостах торговцы раскладывали товар, зазывалы выкрикивали преимущества своих лавок, водовозы громыхали бочками по мостовой.

Причал Волнова узнавался издалека. Самый обжитой и самый хаотичный. У столба красовался новый плакат, написанный углём: «ЛОДКИ ВОЛНОВА — ВЫБОР ЧЕМПИОНА ГОНОК!»

Сам Волнов восседал на своём обычном месте, перевёрнутом ящике из-под селёдки. В зубах торчала неизменная трубка, из которой поднимались кольца ароматного дыма. Но сегодня в его позе читалось нетерпение. Лодочник постукивал ногой, и то и дело поглядывал на часы.

— О, явились наконец! — Волнов вскочил с такой резвостью, что ящик опрокинулся. — А я уж решил, вы раздумали! За добролюбовский заказ принялись первым.

— Я своих договорённостей не меняю.

— Вот и чудесно! — лодочник пыхнул трубкой. — А это кто с вами? Неужто Федька Налим? Слышал о тебе, парень! До появления нашего чемпиона лучшим ныряльщиком считался!

Федька смущённо кивнул.