Аквамариновое танго

Для этого она слишком себя любила.

– Однако у нее все же была весомая причина: смерть сына, гибель мужа…

– Это не ее сын.

– То есть как? – изумилась Амалия.

– Обыкновенно. Муж Лили хотел ребенка, но у нее ничего не получилось. Тогда она взяла в дом свою сводную сестру, напоила ее однажды и подложила мужу в постель. Да еще потом хвасталась, как ловко все устроила…

– Сестра – это Жанна Понс?

– Да, по-моему, так ее звали. Когда она родила сына, Робер и Лили сразу же его забрали, а Жанну выставили из дома. Как они оформили бумаги, я не знаю, но мне говорили, что ребенка представили сыном Лили, чтобы Жанне ничего не светило, если бы она пошла в суд…

– Скажите, Ева, я правильно понимаю, что поступки вроде этого были вполне в духе Лили?

Ева мрачно посмотрела на нее."

"– Боюсь, что вы понимаете все совершенно правильно, сударыня. – В ее голосе зазвенели дерзкие нотки. – Видите ли, Лили считала, что имеет право делать что угодно, если это каким-то образом приносит ей пользу. С ней никто не дружил – я хочу сказать, из женщин, а кто по глупости подружился, потом сильно об этом сожалел.

– Как вы?

– Нет, мы никогда не были подругами. Но…

– Она помешала вам быть с кем-то счастливой?

– Можете не подбирать слова, – уже холодно промолвила Ева. – Она уводила у меня любовников, несколько раз. Она меня ненавидела, потому что была в те годы всего лишь начинающей певичкой. Весь ее репертуар тогда – несколько дурацких песенок: «Фиалки под снегом», «Мой Париж», «Габриэль в лесу», «История одной любви»… негусто, да? Она пыталась играть в театре, а я тогда была уже звездой, и меня называли «королевой бульваров»[4]. Чтобы отомстить, Лили стала распускать сплетни, что я уже старуха и у меня выпадают зубы… что у меня вставная челюсть, что я облысела и ношу парик… и все в таком же духе. А однажды…

– Продолжайте, – попросила Амалия, видя, что Ева умолкла.

– Я никогда не смогу этого доказать, – ответила та, горько кривя рот. – Но я уверена, что это ее рук дело. Однажды на репетиции на меня упала часть декорации. Я получила серьезную травму головы и некоторое время находилась между жизнью и смертью. До этого у меня были длинные волосы, но после травмы причесывать их стало невыносимо тяжело, голова все время болела… И я остригла волосы.

– Так появилась знаменитая короткая прическа Евы Ларжильер?

– Да, вот так возникает мода, – усмехнулась Ева. – Лили в той оперетте была моей дублершей. Если бы со мной что-нибудь случилось, она бы получила мою роль… и я помню, что видела, как она нежничала с одним из рабочих, которые устанавливали декорации. И это не мои фантазии, поверьте. Директор театра был моим другом, и когда со мной случилось несчастье, он сразу же выгнал Лили и ее приятеля.