Аквамариновое танго

Вскоре после похорон Лили Понс раненых – тех, которые остались в живых – перевезли обратно в больницу. Учитывая все обстоятельства, не думаю, чтобы кто-то из них мог что-то знать об интересующем нас деле. Да и горничная Мари Флато ни разу даже не намекала своим родным, что в смерти Лили могло быть что-то странное.

– Конечно, если бы Мари что-то знала, она бы не поехала простой служанкой в колонии, а выторговала бы кругленькую сумму за свое молчание, – усмехнулся Лемье. – Тем не менее мы в полицейской работе привыкли опрашивать всех свидетелей. Жаль, что она уехала так далеко, это осложняет дело.

– Но вы же можете найти раненых и расспросить их, – предложил Габриэль. – Если они живы до сих пор, конечно.

– Мы уже выяснили, что Стефан Эриа погиб на войне, – сказала Амалия. – Но есть, по правде говоря, еще одно обстоятельство. Это касается шофера Лили, Ашиля Герена. Вскоре после окончания войны он бесследно исчез в Париже и числится пропавшим до сих пор.

– О-о! – протянул Габриэль. – А его исчезновение не может быть связано с нашим делом? Вообще получается, что из 17 человек, которые находились тогда в замке, выбыло уже 6, а не 4. Многовато, честно говоря!

– Не забывайте еще Одетту, которой не было в замке, но она находилась поблизости и могла как-то туда пробраться, – подал голос инспектор.

– И убить Лили Понс? – спросила Амалия.

– Я бы не счел это невероятным. Почему мы решили, что убийцей был мужчина? Единственный свидетель, который у нас есть, видел только общие очертания фигуры вдали от света фонарей. Ему показалось, что это был мужчина, но что, если он ошибся? Ведь Люсьенн и Одетта были не меньше своих мужей заинтересованы в том, чтобы Лили не стало.

– Я еще не сказал вам одну вещь, – внезапно проговорил Габриэль. Морща лоб, он перечитывал одну из страниц своего блокнота. – Нам ведь известно, что человек, который убивает гостей Лили Понс, перемещался на машине, верно? Так вот, кюре уверяет, что несколько раз на ее могилу приезжал какой-то мужчина, и он тоже был на машине.

– Мне нужны их приметы, – потребовал Лемье. – И мужчины, и машины.

– Если бы все было так просто! – вздохнул Габриэль. – Но тот человек упорно избегал свидетелей. Как только он замечал священника, сразу же поворачивался и быстро уходил. Кюре только запомнил, что машина у него была черная и довольно дорогая.

Амалия и инспектор обменялись тревожными взглядами."

"– Ненормальный поклонник? – пробормотал Лемье, ни к кому конкретно не обращаясь. – Не хочу драматизировать, но лично мне это не нравится.

– Ну наконец-то в этой истории, пропитанной кровью и деньгами, появилось хоть какое-то подобие чувств! – патетически вскричал Габриэль. – Правда, публика не любит психов.