Акула

В одном отыскалось водительское удостоверение, и он переписал данные в свой блокнот. Потом растолкал бычка, усадил в полувертикальное положение и, пристроившись сбоку так, чтобы в случае чего можно было заново вырубить одним ударом, растолковал, что с парнем случится плохого, если Акулов про него еще хоть раз услышит.

До парня дошло.

А вот Маша позицию Андрея не приняла.

– Ну зачем?..

– По-твоему, надо было стоять и смотреть, как они над вами глумятся?

– Нет, тебе обязательно надо было вмешаться!

– А кому еще? Там был еще один мужчина, но ему, скорее всего, эти его кактусы в одно место и затолкали бы.

– Конечно, а ты у нас просто герой! Крепкий орешек и Бэтмен, защитник всех угнетенных… «Брат два» новоявленный! Ты не мог как-нибудь по-другому?.."

"– Как? К совести его обращаться? Каким, интересно знать, образом? Уговорами? Вот мы и поговорили. Знаешь, есть такое старое правило: если сердце не ответит, нужно в печень постучать. Или я должен был ему сперва ксиву показать, разъяснить права, продемонстрировать Кодекс со статьей за мелкое хулиганство, от граждан принять письменные заявления, что оскорбили их нравственность, а потом тащить злодея в околоток, чтобы там его сурово покарали: штраф копеечный выписали или, того круче, предупреждение объявили? Так, по-твоему, надо было действовать? Да не проймешь ты его такими мерами ни-ког-да! Отсидит три часа в камере, вернется и станет куражиться еще больше, радуясь, что наказание в нашей стране не бывает адекватно содеянному.

– Не надо было тебе встревать, – сказала Маша, опустив взгляд, но Акулов упрямо помотал головой:

– Надо! По крайней мере, хоть один ублюдок в следующий раз, прежде чем начнет быковать, задумается, чем это может для него кончиться. Не абстрактной встречей с законом, на который они давно болт забили, а конкретно сломанными пальцами и ребрами… И слава Богу, что он нарвался на меня, а не испортил настроение какому-нибудь порядочному человеку. Я, по крайней мере, к таким ситуациям подготовлен, и где-то в глубине души они мне даже нравятся. Не говоря о том, что я все-таки сотрудник милиции, и вспоминать об этом надо не только раз в месяц, когда расписываешься в ведомости за зарплату.

– Не надо, пожалуйста, громких фраз. Были бы все такими идейными…

Позже выяснилось, что Маша переживала исключительно потому, что для Андрея, с его «зависшим» уголовным делом, мордобой может обернуться новым арестом. Окажись поблизости патрульная машина – и кто знает, чем бы закончилась эта история. Район «чужой», Андрея тут никто не знает. Могли пойти навстречу коллеге, а могли и попытаться за его счет «срубить палку» [8].

Особенно, если у побитого быка есть связи в местном отделении или влиятельные родственники.