Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Не знаю, зачем торопился Дедрик, но даймоны гнали так, что Грету, мою самую молоденькую фрейлину, укачало. Карету трясло нещадно; от дурноты бедняжку-фрейлину ничего не спасало, ни мятные леденцы, ни яблоки, ни смена положения. Мы с Эльвирой тоже мучились, но не так сильно.

К слову, король и принц отказались ехать в карете. И правильно сделали, я думаю — иначе бы тоже сошли с ума от тряски! Они, как и стражи, а также некоторые из придворных, ехали на даймонах, воплотившихся в лошадей. Точнее в нечто, похожее на лошадей. Свободные же даймоны следовали за нами в виде вороньей стаи, и каркали, каркали, каркали, возвещая всем, что едут король и его свита! Столь эффектную процессию замыкали на нервных пуганых лошадях те несчастные придворные и слуги, которые или боялись, или не умели обращаться с духами.

Такая спешка послужила тому, что вечером, как и было задумано, мы пересекли границу и оказались в королевстве Имбер. Нас встретили с поклонами и торжественными речами; пригласили переночевать в замке одного уважаемого эгуи; сопроводили к замку.

Не знаю, как остальные несчастные, проделавшие с нами путь, но мои люди выглядели очень утомленными. Заметив, как я храбро сражаюсь с зевотой и сном, Дедрик милостиво разрешил мне отправиться в выделенные для нас покои и там отужинать. Разумеется, наши смотрители и стражи перед этим должны были проверить покои на предмет чар и прочих ловушек.

Пока они занимались этим, хозяин замка провел для нас небольшую экскурсию.

Уставшая до дрожи в коленях, я не была способна оценивать интерьеры, но все же отметила, что этот замок в лучшую сторону отличается от всех тех замков, где я уже успела побывать. По коридорам не гуляли ветра, сырость была ликвидирована, все лестницы были в отменном состоянии, стенки не косились, кровля не была разрушена, везде было светло и тепло, а даймоны были усмирены и боялись показаться на глаза.

Гордость своим королевством и владением сквозила в каждом слове, в каждом жесте, в каждом взгляде эгуи. Даже в утомленном состоянии я без труда расшифровывала подтекст слов и взглядов этого гордеца-имберианина: «Имбер велик, и скоро поглотит Аксар».

Дедрик делал вид, что ничего не замечал, и живо интересовался устройством каминного зала и приборов для стабилизации Потоков. Я же едва стояла, не говоря уже о том, чтобы поддерживать беседу. У меня разболелась голова, слезились глаза, чесался нос, начали ныть мышцы. Неужели простуда? Только ее не хватало!

Наконец, стражи закончили проверять покои, и я получила возможность подняться туда. Покои тоже были хороши: и сами по себе недурно устроены, и для нас, сиятельных гостей, убраны. Но я увидела только кресло, большое и мягкое с виду.

Подойдя, я упала в него, вытянула ноги и закрыла глаза.