Аккорды кукол

Теперь получалась просто мелодрама, без конфликтных линий, эротических сцен и крови, на чем был круто замешан весь сюжетный материал. Продюсер возражал: совет директоров надеялся получить сдобный триллер со всеми его атрибутами.

Колычев же не хотел ни того, ни другого, но его мнения никто не спрашивал. Хотя он мог бы поспорить и доказать, что жанр философской притчи, как он и задумывал, приступая к сценарию, был бы сейчас наиболее уместен. Зритель устал от крови, секса и мистики, самое время преподать ему урок для раздумий. А мелодрама с куклами по сценарию Клеточкина будет выглядеть пошлым фарсом, вроде сказки про ""Буратино"". Тогда уж надо снимать детское кино.

- Нет, нет и нет! - заорал Клеточкин, когда Алексей высказал ему свои идеи. - Только через мой труп. В конце концов, кто здесь режиссер - я, ты или Ермилов?

- Но финансирует-то картину он. А сценарий мой.

- Засунь его себе в задницу. Я сам напишу новый, не волнуйся.

- А чего мне волноваться? Гонорар я уже получил. Но ты пойми, что твое упрямство...

- Я тоже вхожу в совет директоров ""Лотоса"", и у меня есть право голоса, - перебил его Клеточкин. - У меня контракт, который они не могут расторгнуть. Как я могу согласиться на собственное уничтожение? Дудки! Тут они сели в лужу. Или фильма вообще не будет, или снимать его буду только я. Как захочу. В конце концов, я творческая личность, а не мешок с деньгами, как этот Ермилов!

- Конечно, ты не мешок с деньгами, - согласился Колычев, а про себя подумал: ""Ты мешок с дерьмом, Коля"". - Делай, как знаешь. Но все равно они что-нибудь придумают, коли уж взялись за это. В любом контракте можно что-нибудь выкопать. Юристы у них есть.

- Не мешайся под ногами! - сердито оборвал его Клеточкин.

Через час к Колычеву подошла испуганная девица-помреж и шепотом сказала, что его вызывают в дирекцию.

- Начинается обработка! - трагически произнесла она. Все знали, что девица без ума влюблена в режиссера. - Но вы держитесь. Если что, мы все грудью встанем на его защиту!

Колычев усмехнулся, взглянув на её впалую грудь

В кабинете продюсера Алексея вежливо усадили за стол.

- Вы уже знаете, в чем суть нашего конфликта с Клеточкиным? - спросил Ермилов, выпятив нижнюю губу.

- В общих чертах.

- Нам не хотелось бы менять ваш сценарий.

- Мне, собственно, тоже.

- Если мы откажемся от услуг Николая, вы сможете взяться за работу самостоятельно?

- Я? - удивился Колычев, не ожидавший такого поворота событий.

- Да, вы. У вас за спиной ВГИК, более чем уверен, что вы мечтали снять собственный фильм.

- Допустим. А как же Клеточкин? Он никогда на это не согласится.

- Я найду способ его уговорить, - ответил Ермилов.

- Нет, - произнес Алексей, мягко улыбнувшись.

- Нет - значит ""да"", - усмехнулся продюсер, потрепав его по плечу.