Выжившая из Ходо. Академия

Я опустила взгляд и увидела на себе такие же узкие штаны и светлую просторную рубаху, даже приблизительно не напоминающую кимоно или хаори. Затем я оглядела обоюдоострые клинки на поясах мальчишек, странные крестообразные конструкции за их спинами, и меня поразила страшная догадка:

– Мы что, в Нуамьенне?!

Один из мальчишек понимающе посмотрел на меня и заговорил странным тоном:

– Разумеется. Где же еще, Шия? Что пришло тебе в голову на этот раз?

Они смотрели на меня, а я не могла вымолвить ни слова в ответ. В голове крутилась только одна мысль: «Нуамьенн. Я на большой земле, и теперь от родного Рибена и Сакуратэншу меня отделяет не только Западное море, а еще эльфийский Линьин и Великая стена».

В этот момент заговорил незнакомец, который меня спас.

– Что встали? – холодно спросил он. – Если вы хотите успеть сдать вступительные жетоны, шевелитесь. Приемная комиссия ждать не будет.

Ногу снова прострелило болью, и я вспомнила о ядовитой игле. Со второго раза ухватилась за нее и выдернула. Один из мальчишек подошел ко мне, протянул руку и сказал:

– Встать можешь? Надо шевелиться, а то все труды насмарку."

"Я несколько мгновений придирчиво рассматривала его крепкую широкую ладонь с обломанными ногтями, а затем кое-как подняла руку навстречу. Тот понятливо ухватился за нее и поднял меня на ноги. Затем перекинул мою руку через плечо и потащил. Я кое-как переставляла ноги. Впереди другой юноша с коротко остриженными светлыми волосами тащил беловолосого парня, который до этого нес меня на плече. Интересно, кто они? Почему юная девушка шляется ночью в компании трех парней по какому-то явно опасному месту? Нужно вытянуть хоть какие-то сведения из моего сопровождающего.

Незнакомец с собакой обогнал нас и шел далеко впереди. На самой границе сознания маячили какие-то отдаленные воспоминания, связанные с мечником и псом, но подумать и вспомнить мне не дали. Мы, наконец, дошли.

Кресты остались за спиной. Впереди простирался зеленый луг, освещенный целой россыпью магических огней. Два десятка юношей и девушек толпились на нем, сбившись в кучки и перешептываясь. Мне показалось, что большая часть была одета гораздо лучше моих спутников.

На нас косились. Особенно на меня. Я вертела головой и ловила презрительные взгляды. Юноша, который тащил меня на плече, прошипел:

– Хватит, Шия. Не привлекай внимания.

Идущие впереди нас остановились. Дальше беловолосый похромал сам. На краю поля стоял стол, за которым сидел пожилой толстенький мужчина. Юноша протянул ему связку из четырех квадратных пластин на тонких цепочках. Толстяк пожевал губами и недовольно проворчал:

– Назовитесь.

Тот начал перечислять:

– Шоннерт Гемхен, Шиясса Гемхен, Винсент Файпер, Ястер Тонми.

Гемхен. Шиясса Гемхен. Теперь это мое имя.