Академия темных властелинов

Кто вас готовил? Натаскивал?

Я чуть не ляпнула, что главбух, но вовремя спохватилась:

— Я с отделения няньковедения.

— Что? — не понял собеседник.

— Младенческие колики, мокрые пеленки, груднички… — попыталась я донести до главы шпионского отдела мысль более наглядно.

А он… расхохотался. А Дэн лишь обнял меня сильнее и прошептал на ухо: «Ты ему понравилась».

— Знаешь, сын, — отсмеявшись, обратился к фениксу гость, — кажется, я начинаю понимать, почему ты влюбился. Если женщина ради тебя готова не только умереть, но и расстаться с молодостью и красотой, то твои чувства взаимны.

Он говорил и смотрел прямо на меня. Словно ждал, что вот я всполошусь, поняв: выплеск некромантской силы взял у меня дань. Но старого стратега подвело то, что я душой была не восемнадцатилетней. Это в юном возрасте внешность крайне важна. Когда же обнаруживаешь у себя утром первые морщинки, первые седые волосы, а весы неумолимо показывают, что хоть вес тощей коровы и упитанной газели примерно равен, но ты-то понимаешь, что цифры чем точнее, тем больше врут… Вот тогда-то ты учишься мириться с мыслью, что нет ничего вечного, в том числе и юной красоты, подаренной природой.

И сейчас, очнувшись и увидев краем глаза седую прядь, я приняла это как данность. Так и не дождавшись моей всполошенной реакции, мессир продолжил:

— Дэниэль, найди убийцу, который угрожает наследникам династий. Это будет твое последнее задание. — И уже мне: — Признаться, так сотрудников из отдела у меня еще не уводили. Подкупали, шантажировали, убивали, соблазняли, но угрожать главе тайной канцелярии смертью, если он не отпустит своего подчиненного? Отчаяния и смелости вам, лесса, не занимать.

С этим он пошел к выходу, но на пороге обернулся:

— Я не смог быть тебе отцом. Ни плохим, ни хорошим. Единственное, что я сумел, — однажды подарить тебе жизнь. Теперь я дарю тебе свободу. Не разочаруйте меня вы оба в этом душевном порыве. — Мессир протянул руку и чуть слышно прошептал: — Дэниэль из рода Вердэн, я возвращаю тебе твою клятву.

Он ушел, а Дэн сгреб меня в объятия и спросил:

— Ты правда меня любишь?

— Как будто ты сам этого не понял. — Я прижалась к его груди щекой.

— Я не был до конца уверен. — Сердце стучало гулко, хотя внешне феникс остался невозмутим.

— И все равно собрался жениться?

— У меня был план, как довести тебя до алтаря, на случай, если бы ты оказалась недостаточно в меня влюбленной.

— И какой же?

— Лучше тебе его не знать.

Я лишь усмехнулась. Да, Дэн не из чистоплюев, оттого методы в его «плане» могли оказаться весьма специфические, самый невинный из которых — «скомпрометировал» и «стал отцом», чтобы я точно не отвертелась от предложения руки и сердца. Кстати, о последнем.