Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить...

 — Ми Элиза, вижу, вы уже обзавелись резонатором. Попробуйте мысленно выполнить задание ми Сарелии.

* * *Обдурить комиссию не получилось. А чего я хотела? Там же не дилетанты сидят, а настоящие маги. Опытные преподаватели.

Альва Сарелия — профессор левитации, Луилливел Роу — профессор телекинеза, Ниамин Данарес — профессор эмпатии и заодно декан факультета, на который меня зачислили. Ректор Алрималиль, как оказалось, иногда заменяет на кафедре пирокинеза.

А на сладкое — Наареш Шаасхен. То еще имечко! Его присутствие смущало, раздражало, никак не давало сосредоточиться. Вроде бы несложные тесты, но возле магистров то и дело вспыхивали их магические артефакты, и я еще больше нервничала, не понимая, что они показывают.

Пока пыхтела, всеми силами пытаясь показать, что никакого дара у меня нет, Наареш любезничал с ми Сарелией. Будто нарочно делал вид, что не замечает меня. Но порой, когда думал, что я на него не смотрю, бросал в мою сторону странные задумчивые взгляды.

Да что же он там вычитал? Менталист хренов. Нет у меня никаких способностей, нет! Ой, а вдруг и это тоже вычитал…

По его глазам невозможно было понять, о чем он думает. Да и по лицу тоже.

А вот у Сарелии на лбу огромными буквами горело: «о боже, какая прелессссть!» Кажется, только присутствие свидетелей из числа коллег и одной нерадивой адептки, не давало ей накинуться на бедного мужчину прямо в зале приемной комиссии. Наверно, мысленно она уже раздевала его, медленно, вдумчиво и со вкусом, как разворачивают самую большую конфету из новогоднего подарка.

Нет, я все понимаю, но у них разница лет в двадцать, не меньше! Она, конечно, неплохо законсервировалась, выглядит идеально, но видно, что давно уже не девочка. А он еще совсем молод, я его ночью со студентом перепутала! А она туда же, конфеткой решила полакомиться…

Представила себе эту сцену и с трудом сдержала смешок. Потому что как раз в этот момент пыталась воспламенить свечу по приказу ректора. Точнее, усердно делала вид, что пытаюсь, на самом деле искренне надеясь ничего не воспламенять. Одна хорошо законсервированная профессорша и так уже вся воспламенилась. Может, она знает о нем нечто особенное?

Наареш будто что-то почувствовал. Выпрямился. Уставился на меня нечитаемым взглядом. Узкие зрачки мгновенно расширились, затопили зеленую радужку, сделав глаза похожими на ночные озера.

Черт, черт! Он же менталист! Неужели увидел картинку, как консерва раздевает конфету? С такими-то плечами, я и сама, пожалуй… Черт! Нет, нет, профессор, я ничего не имею…

Нервно взмахнув хрустальной палкой, я каким-то образом все же воспламенила дурацкую свечу. Двое других магистров переглянулись. Подняла взгляд на Наареша, отчаянно стараясь не смущаться. Мои мысли — мое личное пространство! Лезут тут всякие.