Академия Полуночи

Полоска шерсти, идущая от головы до середины спины, вздыбилась и, казалось, едва не искрила.

— Эв?

Я отступила. Кайрош же, напротив, сделал шаг ко мне. Ступал при этом удивительно бесшумно.

Рык стал утробнее. Упругой волной он прокатился по комнате, накрыл меня и пробрал до костей.

— Эвис? — снова позвала я в отчаянной надежде.

В одиночку с кайрошем не справиться — даже Мак-Фордин это не удалось. Я могу позвать Хэйдена, его отцов, и вместе, уверена, мы победим. Но причинить вред именно этому кайрошу я не в силах.

Что же делать? Как сдержать ее, не убивая?

— Проклятье, Эвис! — выкрикнула в сердцах.

Я не знаю, на что именно надеялась. Если осколок души покинул тело, то Эвис — той Эвис, которую я пытаюсь дозваться, — больше нет. Но вдруг что-то изменилось во взгляде чудовища. Он стал осмысленным и… хитрым?!

— Ах ты, бесстыжая!

Не думая, я схватила ближайшую подушку и с силой запустила ею в зеленую морду. Кайрош пригнулся и низко рассмеялся.

— Не буду с тобой разговаривать! Никогда! — кричала я, кидая следующую подушку. — Совести у тебя нет!

Огромный монстр обернулся бурой лисой и, продолжая хихикать, нырнул под кровать.

— А ну, вылезай! — потребовала я, наклоняясь. — Тут еще шесть подушек, и я намерена кинуть в тебя их все!

Смех стал громче.

— Ты бесстыжая, наглая, невозможная…

Скрип открывающейся двери заставил меня прерваться.

— Ой, кажется, я не успела, — с улыбкой заключила Тиамат, разглядывая меня, согнутую пополам. — Горгульи просили передать, чтобы ты не верила своей маскоте.

Из-под кровати — на безопасном от меня расстоянии — высунулся острый черный нос. Эвис возмущенно зафырчала. Тиамат, не переставая улыбаться, показала ей язык. Я же, воспользовавшись моментом, кинула в Эвис очередную подушку. Фыркнув особенно громко, бесстыжая проныра скрылась под кроватью.

На шум из-за пазухи Тиамат высунулась Бина. Оглядела нас и задергалась, явно желая выбраться. Стоило ей оказаться на полу, как на нее прыгнула… еще одна Бина. Два белых тела переплелись на мгновение и тут же отскочили друг от друга, одинаково растерянно хлопая черными глазками.

— Ой, — Тиамат посмотрела на меня виновато. — Прости, я не подумала, что твоя маскота обернется лаской. И как теперь понять, которая из них настоящая Бина?

Я нахмурилась, разглядывая замерших щенков, а потом уверенно кинула подушкой в того, что стоял ближе к ногам Тиамат. С довольным хохотом он отпрыгнул, обернулся толстой рыжей крысой и нырнул под кровать.

— Здорово! — восхитилась Тиамат, схватила Бину и в два прыжка оказалась рядом. — А как ты угадала?

— По хитрой морде. В любом облике Эвис остается Эвис.

Бросив обратно на покрывало предпоследнюю подушку, я присела.

— Не стыдно тебе? — спросила осуждающе.