Академия чаросвет. Отражение

Оказалось, она не невинна, но Рина не помнила других мужчин. Трой в каком-то смысле стал ее первым. И эта близость — в закутке барака, под тонким колючим одеялом — открыла ей кусочек самой себя. Ей нравилась плотская любовь, ее вовсе не раздражал запах здорового мужского пота.

— В Сумерках родилась наследница, — шептал Трой, поглаживая ее спину. — В ней течет темная кровь, в ней горит истинный свет. Она как выпавший из гнезда птенец, который должен найти дорогу домой, но птицы знают путь…

Найрин приподняла голову, посмотрела на мужчину. Язычок пламени дрожал на свече, и цвет его глаз было не разглядеть. Хорошо бы они были серыми…

— А что будем делать мы? — спросила она.

— Мы выберемся отсюда, я обещаю, — горячо сказал Трой. — Ты такая красивая, Рина, такая хрупкая…

Он восхищался ею, он почти ее любил. Найрин мягко улыбнулась, прикрыв ресницы. Это получилось вроде как само собой: поощрить, пообещать, потребовать большего…

— У меня пекарня в Козлищах, — продолжил шептать Трой. — Там хорошо. Мой дом на холме, и на крыше что только не растет: и капуста, и лук, и даже клубника.

У него были сильные жесткие руки, со следами от кандалов на широких запястьях, но он держал ее нежно, словно боясь раздавить.

— До него наверняка добрались твари, — помрачнел Трой. — Красные псы завесили зеркала алыми флагами, и следом пришла Ночь. Но я выстрою новый дом, и, если захочешь, он станет твоим.

Найрин сладко потянулась, не отвечая ни да, ни нет. Она пока не понимала, чего хочет. Попыталась представить свой дом, каким бы он был, но сумела увидеть лишь черного пса, сидящего у порога. Наверное, она любит собак. Может, у нее даже была одна. Но на ее шее висела цепочка с кулоном в форме кошечки.

— Думаю, ты полукровка, — предположил Трой. — Как Мэдерли. Только без чаросвета. Но ты пошла против чаров, потому что ты тень и одна из нас.

— Мэдерли? — повторила она имя. Оно прокатилось во рту, и язык уперся в зубы. Сердце подскочило и забилось быстрее. Это имя что-то значило для нее. Оно будило эмоции.

— Наследница седьмого дома, — пояснил Трой. — Когда она исполнит пророчество, свет зажжется для каждого. Свет любви. В нем всем будет хорошо, и нам с тобой тоже.

Найрин кивнула. Она нащупывала свою дорогу, и неясная тропинка легла ей под ноги. Вряд ли этот путь будет легким, но она не боится трудностей. У нее на плече остались шрамы от когтей жуткой твари, но она выжила. Выживет и сейчас.

Их доставили сюда через яркий портал, и Найрин почти ослепла в первые пару минут, но успела разглядеть достаточно. Шахты располагались в глубокой Ночи. Территория, огражденная высоким забором, освещалась чаросветом, и распределитель сиял наверху тонкой как спица башни.