Академия любви и ненависти

— Без магии. На закате. — И ни единой эмоции в голосе.

— Ну, если ты хочешь, чтобы оборотень хорошенько тебя отмутузил и выбил дурь из головы — дело твоё, — совсем другим тоном, облегчённо, заметил Рувильстон. — Меня устраивает любой расклад, при котором вы лежите в лазарете не дольше суток. У малышей первое задание, нужны кураторы.

— Я пойду с Эли.

Как раз к этому моменту я смогла выпутаться из ледяных объятий чужой магии и обрела голос.

— И погибнешь смертью храбрых! — рявкнула зло.

— Эли. Пожалуйста. Помолчи, — преодолевая себя, медленно и очень, очень сдержанно попросил Роберт, но меня было не остановить.

Я подлетела со скамьи, быстро покрутила конечностями, разрабатывая суставы после бессовестного отношения с прекрасными барышнями и, печатая шаг, приблизилась, зло сверкая глазищами.

— Ещё раз, один-единственный раз, ты посчитаешь, что вправе ТАК со мной поступать!"

"— выпалила я на одном дыхании, едва не выдыхая драконье пламя вместо слов. — Я!..

— Кадет Фиорди, на занятия! — суровым, отточенным годами практики голосом произнёс тренер, останавливая мой бурный словопоток.

— Но...

— Живо! А вы, молодой человек, слишком многое на себя берёте. Не тебе решать, кто с кем идёт на практику.

Мастер повысил голос, выкрикнув своё «Живо!» и это сработало как пинок в спину. Я даже попрощаться не догадалась — уже удалялась от места беседы двух мужчин. Однако клокочущая в груди ярость никуда не делась, даже приумножилась.

Роберт, безусловно, спас меня. Хотя я уже не нуждалась в спасении. Но повёл себя вовсе не как герой из дамских романов. А как пещерный человек. Ещё и рот мне запечатал, что самое обидное.

Нет ему прощения и быть не может!

И пусть Наяр пару раз вмажет ему посильнее, может, хоть тогда до этого упрямца что-нибудь дойдёт!

Не знаю, как работала система оповещения в академии Каисторн, но к тому моменту, как я приняла душ и прилетела в главный учебный корпус, меня уже ждали.

— Кадет Фиорди, пройдёмте, — пригласил следовать за собой удивительно тонкий и высокий мужчина в белых одеждах.

Я ненароком подумала, уж не вызвал ли меня ректор, но тот, видимо, предпочитал портить репутации порядочных девушек личными визитами в их опочивальни. Мы пришли в комнату без названия и номера, поэтому я покрутила головой, пытаясь понять назначение помещения, в котором не было ни единого предмета мебели, так же обстояли дела с окнами, а все стены, пол и потолок были отделаны мягкими кожаными панелями.

— Располагайтесь, — прошелестел мужчина, усаживаясь на пол. — У вас сегодня индивидуальное занятие по контролю над эмоциями и стихией.

— А по расписанию — яды. — Я преисполнилась подозрений.