Академия любви и ненависти

Я никогда этого не говорила никому из подруг, сама старалась не вспоминать, но всё моё детство было пропитано желчью и ядом северян по отношению к правящему дому. У нас плохо умеют прощать. Предателей убивают быстро и безжалостно, никого не щадят, не ждут столичных проверок, не сдают своих. Тому же Наяру очень повезло, что мы пошли навстречу его родителям и не стали афишировать случившееся, урегулировав всё между семьями, столько веков дружившими между собой. И когда правда всё равно всплыла, была растрезвонена всеми газетами, многие отнеслись с недовольством именно к охочим до жутких подробностей журналистам, а не к виновнику происшествия, ведь мой отец сказал на одном из светских мероприятий: «Это дело двух семей, никакой травли, мы разберёмся по-своему».

А королева лютовала и даже лично делала заявления об оборотнях и опасности северных земель.

И отчасти именно поэтому Север с удовольствием и готовностью поддержал новую власть. Каждый из них доказал преданность народу Арратора в сложную минуту, не подвёл, не предал. Честь и любовь к Родине — две святыни, два столпа нашей страны.

Только вот Дэйнор давно живёт в другом мире и мало ли, что там себе думает, особенно, если учесть, что его контакт — Роберт, который всегда был себе на уме.

И эта его варварская магия.

Кто знает, вдруг прапрапрародитель из ледяных степей может им управлять? Или он сам имеет определённые убеждения и мечтает отделиться от Арратора? До смены власти в нашей стране такие идеи муссировались в каждой второй или даже первой семье северян. И признать готовы были лишь кого-то из нас — Фиорди и Осторна.

На лбу выступила испарина. Кажется, я сейчас упаду в оборок.

«Древо, ты там чего вообще? Забери эти эмоции!» - рявкнула я про себя.

- Мы не об этом говорим, - произнёс Роберт, возвращая меня из царства паники и тьмы сюда, в мир Древа, которое издевательски не желало мне помогать.

Я никак не могла успокоиться. В голове пульсировала мысль о предательстве и не желала её покидать. И тело реагировало на тяжёлые размышления ярко и жутко!

Между тем, мужчина продолжал развивать идею, благо, не глядя в мою сторону.

- Браслет Дэй пообещал восстановить, но на это потребуется время. Только ты вряд ли сможешь его носить из-за защиты аэнири. Так вот, если придерживаться теории Анса, то наше проклятье прекрасно укладывается в границы общей картины.

- Давай уже ближе к делу, - фыркнула я.

- Допустим, Рубиновый мир дружил с миром аэнири, предал их, пострадал сам и закрылся на долгие годы. Однако им пришлось заключить с Каисторном договор, ведь они лишились магии, а жить без неё не научились. И очень интересно, что у них была за магия, раз та самая тёмная сила всю её забрала себе. Предполагаю, что это именно вода. Или, скорее, лёд.