Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!

Ну, не объяснять же ему тернистый путь эволюции — или деградации — от Дракулы до Эдварда Каллена?

Никола извлек из потайного кармана пиджака кристалл на подвеске. Сам кристалл прозрачный, а внутри — крохотная бурая капелька. Интересное вкрапление. Неужели артефакт?

Следователь осторожно опустил цепочку с подвеской в стакан, и через секунду вода окрасилась в насыщенный вишневый цвет. Не к добру это.

— Что это значит?

— Это значит, что ваша кровь оказалась на месте преступления.

От таких новостей я чуть не упала с табуретки.

— Что?

— Вы арестованы.

— На каком основании?

— На основании показаний родового артефакта. По закону, я могу задержать на неделю без предъявления обвинений. Если за неделю мы не докажем вашу причастность к гибели тридцати человек, вас отпустят. И даже принесут извинения. В письменном виде, в двух экземплярах.

Мне на руки надели наручники и замкнули их ключом. Эх, надо было соглашаться на ролевые игры, когда предлагали. Хоть морально бы подготовилась к ношению браслетов.

— Можно хотя бы с ректором попрощаться?

Никола гадко хмыкнул.

— Незачем.

Через секунду я поняла смысл его веселья. Из кабинета Кристиан вывел Караля. Со скованными за спиной руками.

— Вы подозреваете ректора в убийстве?

— Этого вам знать не обязательно.

М-да, даже право Миранды не зачитали. Хотя о чем я? Не дали по почкам — уже счастье! А остальное не так страшно.

Впервые я порадовалась, что административный корпус недалеко от ворот. Там нас ждала карета с решетками на окнах, это означало — следователи знали, что едут на задержание. Пока нас конвоировали к средству передвижения, я умудрилась попасться на глаза всем сплетникам Академии. Чую, завтра пойдут такие слухи, что Ганнибал Лектор по сравнению со мной покажется младенцем. А самое обидное, даже если меня оправдают, эти слухи не прекратятся. Эх… Интересно, у них пластическая хирургия развита?

В карету нас вежливо посадили, меня даже поддержали, чтобы я не упала. Сами следователи расположились на козлах.

Наконец я решилась заговорить с начальником.

— Ну и с какой радости я тут исполняю партию жены декабриста? Замечу, те следовали за мужьями добровольно.

— Лада, не доводи до греха! Я не хочу еще и за убийство сидеть!

— То есть сейчас вас не за убийство схватили?

Шеф смутился.

— Нет, коррупция.

Были бы руки не скованы, я бы поаплодировала.

— Вот Эверо обрадуется! Он вас иначе как взяточником и не называл. А уж про мой арест и говорить нечего! Не удивлюсь, если он заявление накатал и на меня, и на вас. Сейчас сидит небось, лучший коньяк из своих запасов хлещет, чтоб у него цирроз развился.

Ректор недоуменно на меня уставился. Как будто я сказала глупость.

— С чего ты взяла, что это дело рук Эверо?

— Ас того.