Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!

Дальше я рассматривать не стала – отвела взгляд…

«Сольрис, царица артроплевр, празднует победу в тронном зале королевского замка» – была подписана милая картиночка.

Сольрис, Сольрис…

Красивое имя. Такое сонорное и текучее, даже не верится, что его дали такому страшному созданию, как царица артроплевр.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сольрис. Соль.

Тишина библиотеки, наполненная шелестом страниц, словно отдалилась. И я услышала другой звук. Звук трения ребристой поверхности десятков ног о каменные плиты читального зала. Как ни странно, он показался мне приятным, подобным пению… И он приближался.

– Хэллия…

Нежный, убаюкивающий голос послышался прямо за моей спиной.

Совсем как в своем недавнем кошмаре я медленно обернулась и…

Вообще-то дриады – создания мирные. Мы тихонечко шелестим себе листвой и стараемся не издавать громких звуков.

Так что я даже не предполагала, что могу так оглушительно орать.

– Ти-ш-ш-ина! Тиш-ш-ш-ина в библиотеке! – прошипела мигом оказавшаяся рядом Брюнгильда. – Вон! По-ш-ш-шла отсюда!

Все-таки она умела телепортировать – как пить дать, умела.

– Простите! Я… я просто задумалась… – пролепетала я. – Я… А что это у вас за такой интересный механизм, с которого вы пыль стирали, фэсса Брюн? Можно поближе посмотреть?

Да, согласна, получилось очень так ненавязчиво!

– Нельзя! – отрезала нагесса, чему я вовсе не удивилась.

Она захлопнула книгу с жутковатым рисунком и принялась собирать все выданные мне тома. От ее резкого движения литография, которая лежала у меня между книжек, упала на пол.

– Что это? – библиотекарша наклонилась над изображением, да так и замерла, рассматривая его.

– Это… Это… – я лихорадочно собирала мысли в кучу, а потом взяла да и ткнула в центр литографии пальцем. – Вот это моя бабушка. Дэлия Сенфрид, в девичестве Фрэнид. Вы… Это же вы делаете литографии. Эти изображения на пластинках. Может быть, вы делали и эту литографию. Вы ее не помните? Мою бабушку?

– Литографию может сделать кто угодно, – поджала губы нагесса. – Три гуналя за ш-ш-штуку. Нужно просто подойти, передать литографу мыслеобраз, прокрутить колесо – пластинка и появится. Никакой Дэлии я не помню. Ты нару-ш-ш-шила режим ти-ш-ш-шины. Уходи!

– Может, вы все-таки вспомните? – взмолилась я. – Это важно! Вот эта девушка – это молодая ректоресса Готени.