Академия Космического Флота: Хранители Федерации

Я, прикусив губу, отвернулась к иллюминатору. Грегори Грешх-ан, бывший капитан команды игроков, а теперь уже и капитан в звании Космофлота, всегда был мне симпатичен. Но, пожалуй, именно из-за этого факта я старалась держаться от него подальше.

– Ну вот пускай ещё десять лет постоит в очереди, – буркнула, не найдясь с ответом.

Стены шлюпки завибрировали, двигатели зашумели громче, корабль зашёл на посадку. Сквозь клубы нежно-розовых облаков показался парящий остров, бурная цветная растительность Юнисии, белокаменные дорожки и низкие двухэтажные корпуса Академии с гладкими изогнутыми крышами и причудливыми прозрачными стенами. Сколько раз я ни смотрела из иллюминатора на планеты с удивительным магнитным полем, всё никак не могла привыкнуть к этому невероятному виду.

На платформе с лёгкой тревогой в глазах ждал Майк Бруно. Фельдшер первым же делом уточнил:

– Никто не ранен? Моя помощь нужна?

– Нет. – Я ответила за всех. – Спасибо, Майк. Дежурство было простым, никто не пострадал. Соло вообще почти не шалил. Всего пара протуберанцев за последнюю неделю.

Напряжённые плечи фельдшера опустились, он расслабился, а затем внезапно шагнул ко мне и крепко обнял. Я оторопело похлопала миттара по спине. Такое яркое проявление чувств для замкнутого Майка было непривычным. Орэль, Гавриил и Тирх шумно прошли мимо нас, кто-то похлопал Бруно по плечу, один из ларков бросил, что если они понадобятся для отчёта, то их можно будет найти в столовой.

– У тебя всё в порядке? – спросила я, отстраняясь от друга.

– Да так. – Миттар нервно пригладил непослушные кудри. Стоящие торчком в разные стороны пружины на голове Бруно всегда вызывали у меня невольную улыбку. – Всё хорошо. Просто мне сон дурацкий приснился, что все вернулись, а ты нет.

Я вздохнула.

– Майк, ты становишься суеверным, прямо как ларки. Сам же раньше подначивал и посмеивался над их религией. Ты чего?

– Не знаю. – Фельдшер зябко пожал плечами. – С тех пор многое изменилось.

Это да. Когда девушка, в которую ты был влюблён без оглядки, оказывается ненавидящей и презирающей тебя лгуньей – это действительно меняет.

– Тебе всё ещё снятся кошмары? – спросила, с сочувствием разглядывая лицо друга: тёмные мешки под глазами, шелушащаяся кожа на шее и заломы у рта. – Нейт знает? Может, надо поменять снотворное на более мощное или подобрать что-то другое?

– Вот только не смей деду говорить! Он не знает и не должен узнать, – резко перебил Майк. – Вивьен, пойми, я очень люблю Нейта. Он и так поседел, когда Тунира заявила на меня в суд Пикса, что я якобы кровожадный маньяк, из мести оттяпавший ей руку. Если бы не командор Галактион Грешх-ан, то сейчас я или гнил бы в тюрьме Пикса, или уже отбросил бы жабры, добывая иридий на вшивом астероиде с ядовитыми парами.