Академия контролируемой магии

– Никак, – хмыкнул Ориан и притянул меня к себе, обнимая. – Я умер, Лем остался один и… психанул. Тогда у него и открылся дар некромантии – фаркасы в пределах нескольких вёрст легли и больше не встали, но, не умея им пользоваться, Лем вернул из-за грани только меня. И также, не зная, что делает, связал наши жизни.

– Что значит связал? – Тряхнула я головой.

– Я жив, пока жив он. – Ориан провёл тыльной стороной ладони по моей щеке. – Неплохой способ сохранить верность подданных.

– Тогда почему император не может избавиться от Эвилонберга так же легко, как от фаркасов?

– Это политика, Лея, – улыбнулся он в ответ, – а там ничего не бывает просто. Советник долго готовился и с его внезапной смертью ничего не закончится. Нужны доказательства, нужен суд и нужна публичная казнь – это единственный путь сохранить дар Лема в тайне и отрубить голову всем заговорщикам разом.

– Но причём тут оскант?

Рианы, как они ещё не рехнулись от всех этих заговоров. Неужели нельзя жить спокойно?"

"– Эвилонберги давно были Лориану поперёк горла, но только недавно мы узнали, что всё началось задолго до его вступления на престол. Всё это время, занимая высокие посты, они ужесточали законы в отношении стихийных магов, которые по отдельности выглядели неплохо, но вместе… – Ориан покачал головой.

– И советник, в обмен на поддержку, обещал избавить их от стихийной магии? – От его взгляда я смутилась и отвела глаза. – Интриги двора это слишком сложно для простой студентки.

– Эвилонберг пообещал отменить притесняющие стихийников законы, – улыбнулся он. – Пообещал закрыть Гвинбор и поклялся сделать учёбу в Академии неконтролируемой магии добровольной, хотя его же отец тридцатью годами ранее утвердил обязательный десятилетний срок.

– Значит, оскант нужен императору, чтобы перетянуть стихийников на свою сторону? – осенило меня.

– А ты бы не пошла? – прищурился Ориан. – Зная, что потом сможешь вернуться к нормальной жизни без ненавидящих взглядов и страха простых горожан?

Как будто он сам не знал ответа.

– Но зачем оскант Эвилонбергу, если у него и так всё прекрасно? – Выбравшись из объятий, я отошла на два шага, наткнулась взглядом на корзину с аериями и развернулась.

– Потому что обещать мало, надо делать, а это долго, Лея. Невозможно одним лишь новым императором переменить отношение людей к стихийникам и те очень быстро это поймут. А, значит, стоит подстраховаться и найти способ усмирить самых буйных.

– Лишив их магии стихий, – закончила я за него и нахмурилась.

– Слухи ползут. – Ориан выпрямился. – Двор шепчется и интригует, а это не идёт на пользу ни Лему, ни Эвилонбергу. Теперь всё зависит от того, у кого в руках окажется оскант. И от нас.