Академия истинной магии

Он же бабник, каких свет не видывал! Летта не потеряла девственность только потому, что отец следил за ней, аки коршун за добычей, и всегда лично сопровождал ее на все королевские празднества. В прошлом году, учась на четвертом курсе, принц устроил грандиозный взрыв, обрушивший одну из основных башен академии, и до кучи соблазнил юную профессоршу истории.

Скандал вышел знатный, но его, само собой, замяли. Мало кто знал о личности «подрывника», однако до меня дошли слухи. Эти курицы, подружки сестры, включая ее саму, еще жалели его высочество: он же пострадал от гнева короля! Бедняжка!

Тьфу! И вот за него я должна выйти замуж?! Утоплю. Перенервничаю и утоплю! Мне же папа разрешил!

Ладно, не разрешил, но намекнул, что так бывает…

Записку от отца принесли накануне встречи с лордом Вэйтом в Пуэрте. Мы должны были встретиться с представителем Совета у портала в полдень. Мама, по обыкновению, снова заплакала и притянула меня к себе. А потом промокнула глаза платком и решительно отстранилась.

– Ты уже два дня сидишь дома сиднем и думаешь-думаешь-думаешь… Я же вижу, что ничего хорошего тебе в голову не приходит. Иди развлекись! В академии у тебя не будет такой возможности.

Я запротестовала:

– Зато я там буду свободной! И смогу учиться!

Леди Риналия прищурилась:

– Свободной, милая? А брак с его высочеством?

– Думаешь, нас поженят, едва я порог академии переступлю?

– Ага, еще в карете скрутят, – меланхолично заметила мама. – И сразу к алтарю доставят.

Я засмеялась.

– Вот умеешь ты поддержать!

– А ты не умеешь развлекаться, – припечатала мама. – Сегодня в городе праздник – День Суженого. Все незамужние девушки стремятся на бал-маскарад. Говорят, Единый благоволит этому действу…

Я вытаращила на нее глаза.

– Единый?! Скромному маскараду в маленьком городке? Не думала, что ты можешь верить в подобное…

Леди Риналия раздраженно топнула ногой.

– Да пусть у тебя будет память хоть о чем-то, до того как тебя заставят выйти замуж за принца!

Кажется, я задела ее за живое. Ни разу не видела маму такой! Убеждать ее в чем-то было бесполезно, и я, выставив ладони перед собой, успокоила самого дорогого для меня человека.

– Ладно-ладно, пойду, почему бы и нет? У тебя маска есть?

– У меня есть восемь масок! Нет, десять!

Ого! Мама неплохо подготовилась…

Следующие два часа стали самыми невероятными в моей жизни. Мама даже нашла мне «подружку» – ровесницу в ярко-оранжевой маске, открытом бежевом платье без рукавов и черными оборками по лифу. Мама утверждала, что мы часто играли с ней в детстве, но узнать ее не представлялось возможным. У девушки были огромные губы, намазанные толстым слоем красной помады, и внушительные, удивленно приподнятые черные брови на половину лба.