Академия Горгулий. Напарница дракона

Впрочем, не думаю, что кто-нибудь из них в нашем воображаемом списке когда-либо мог быть.

– Почему? – поинтересовалась я вновь исключительно из природного любопытства, ведь замуж не собиралась. Ни за драконов, ни за аристократов, ни за кого-либо еще.

– Драконы предпочитают создавать пары внутри своего вида. Да и к мезальянсам весьма неодобрительно относятся. А как бы ни был известен Энгард, как бы ни было высоко сейчас его положение и велико состояние, для них он просто низкородный служака.

– А Колт известен?

– Он герой войны, – лаконично пояснила Мелиса. И вновь это прозвучало так, что сразу стало понятно: развития темы не будет.

Что ж, как минимум война у них действительно была, папаша не соврал.

В замок мы вернулись налегке: оказалось, что таскать покупки с собой здесь не принято. По крайней мере, среди обитателей замка. Все приобретенное нами упаковывалось, подписывалось, а позже доставлялось с посыльными. Весьма удобно.

Вечером того же дня, как и планировалось, я прошла инициацию. Признаюсь, звучало это страшнее и значительнее, чем выглядело в реальности.

Незадолго до ужина Мелиса привела меня в кабинет, где мы встретились с Колтом впервые. Он уже ждал нас. На каменном полу я обнаружила заключенное в круг изображение крылатого и весьма ушастого монстра – горгульи. Чем его нарисовали, я не поняла: линии были темными, тонкими и гладкими. Сначала я предположила краску, но рисунок принялся светиться, переливаясь всеми цветами радуги, стоило Колту войти в круг. А когда я по его распоряжению встала рядом, линии вспыхнули еще ярче.

– Возьми меня за руки.

Я осторожно коснулась протянутых ладоней, и Колт сразу крепко сжал мои руки своими. А потом что-то забормотал, прикрыв глаза, но я никак не могла разобрать. Лишь почувствовала, как ладоням стало тепло, следом появилось легкое покалывание. Вскоре это ощущение прокатилось по всему телу, и в конце концов сконцентрировалось в районе седьмого позвонка, на мгновение став таким интенсивным, что я поморщилась от незначительной боли. Через секунду все исчезло, а линии рисунка на полу погасли.

– Вот и все, – констатировал Колт, разжимая пальцы и отпуская. Теперь мы смогли покинуть круг.

Мелиса поздравила с инициацией, а я почувствовала легкое разочарование. Потому что по ощущениям совсем ничего не изменилось.

Лишь чуть позже, во время совместного ужина, Колт с Мелисой показали в двойном зеркальном отражении, что моя печать у основания шеи стала другой: явственнее проступил рисунок, аналогичный изображению на полу в кабинете, и все это стало больше похоже на изящную татуировку. Насколько вообще может быть изящным изображение столь мерзкой твари, как горгулья.