Академия для строптивой

Но спорить с Риз было себе дороже. Все равно ничего не докажешь, только нервы потратишь.

– Слушай… – с сомнением протянул Демион. – А в твоем понимании мы эти трусы носить, что ли, должны?"

"– Не-е-ет… – ошарашенно отозвалась Риз. – А с чего ты… вы… – запуталась травница, – это взяли? Впрочем, если очень хочется, то можно и носить. Я старалась, когда шила.

– Нет… – брезгливо отозвался Демион. – Совсем не хочется, но по размеру ты всем угадала…

– Так вышло… – уже привычно оправдалась Риз. Глаза у нее стали большими и круглыми, а сама травница сейчас напоминала очень виноватого спаниеля.

Мне стало ее жалко, и я осекла мага:

– Ну что ты пристал к ней? А? Хочешь – носи, хочешь – как Леон на швабру повесь. Хочешь – просто в руках держи и из-за кустов ими помахивай! Какая разница? Главное, шушеля подмани!

– Подманю, не сомневайся! – прошипел Демион и угрожающе направился ко мне. Я пискнула и отступила. Наверное, стоило все же промолчать и не провоцировать и без того разозленного мага.

Риз схватила за руку Леона и унеслась, помахивая труселями. Видимо, не желала еще больше раздражать Демиона. Лира и Сильвена растворились в кустах по-альвийски – не прощаясь. Сильвена вообще обладала удивительным умением избегать конфликтов и оставаться незаметной. Я ей завидовала, так как сама исчезнуть не могла, и терпеть Демиона в плохом настроении предстояло именно мне.

– Рыжая, ты ведь знаешь, что от тебя очень много неприятностей? – вкрадчиво начал он. – Слишком много, я бы сказал…

Демион за несколько шагов приблизился ко мне на опасно близкое расстояние. Я могла разглядеть, как потемнели его синие глаза, а тени от длинных ресниц упали на смуглые щеки.

– В чем я-то виновата?

Шаг назад сделала на автомате, Демион оказывал на меня какое-то гипнотическое воздействие. Я его побаивалась. С одной стороны, хотелось сбежать как можно дальше, а с другой – прильнуть всем телом и поцеловать нижнюю губу, которую он по привычке крайне сексуально облизнул.

– Ну… – Он сделал еще один шаг навстречу, снова сократив разделяющее нас расстояние. – Сам факт твоего существования считается?

Я замотала головой, не в силах что-либо сказать и пытаясь сбросить наваждение.

– Тогда в том, что не способна держать язык за зубами. От этого обвинения отвертеться не получится. Мы должны были быть тут одни… – Его голос был тихим и почти интимным.

Труселя взволнованно завозились, я сглотнула и против воли ответила:

– Мы и так тут одни…

На самом деле девчонки и Леон скрылись где-то в темноте, а здесь, недалеко от калитки, было тихо и безлюдно.

– Это хорошо… – угрожающе произнес он и медленно поднял руку, скользнул теплыми пальцами по щеке, отвел от шеи волосы, которые выбились из прически.