Академия чаросвет. Отражение

Сумеречное сопротивление еще до битвы успело изрядно попортить кровь красным псам: то провиант вдруг испортится, то мечи заржавеют. Но совсем без теней не обойтись. Кто-то должен выполнять грязную работу, которой в войсках хватает с избытком. Каждую тень чаровали на преданность, но кое-кто наплевал на запрет, карающийся смертью, и умудрился спрятать зеркальник, отразивший чарослова. А потом подобраться к капитану из красных псов и пустить стрелу ему в горло.

Обычная совершенно стрела, без всякого чаросвета, пробила кожу и плоть. Капитан захрипел и упал на горячий песок, заливая его кровью. А красные псы решили, что сражение уже началось, и стрела прилетела с высоких стен Альваро.

Боевой рев трубы прозвучал протяжно и громко, и рой стрел взмыл в сторону белых псов смертоносной тучей. Вспыхнул щит чаросвета, укрывая войска, и Тибальд, ругнувшись, убрал подзорную трубу от ослепшего глаза.

Стрелы сгорели, осыпавшись на белые латы псов серым пеплом. Ответный рев труб, и со стен Альваро взмыли горящие чаросветом камни.

— Щиты! — заорал Грай Равий, поскакав к войскам, и песок из-под копыт его коня брызнул в лицо Тибальду. — Щиты, мать вашу так!

Уже в падении камни вдруг выстрелили мечами чаросвета, кромсая в лоскуты щиты красных псов, а после и плоть. Крики и стоны, брань и приказы, труба надрывалась как псина, завидевшая кота.

Золотые отряды Монтега быстро рассредоточились по флангам, сверкая под солнцем так, что было больно глазам.

Что ж, роскошь сомнений им больше не по карману. Война началась.

Красная волна псов хлынула навстречу белой. Еще одна партия смертоносных камней взмыла со стен Альваро навстречу врагам, пока те не схлестнулись с друзьями.

— Чаруем таран! — Выкрикивал Стерх совсем рядом. — Сбивай в полете!

Черные коты ударили чаросветом слаженно, как одна когтистая лапа. Камни падали в белый песок, взрывая фонтаны пыли. Жужжали стрелы, и лаяли трубы, а кто-то громко стонал. И лишь небо оставалось все тем же — ровным голубым полотном без единого облачка с беспощадно ярким глазом равнодушного солнца.

— Запускай, — приказал Тибальд, и командир первого когтя кивнул.

Некоторые заклинания, дошедшие из древности, считались запрещенными.

Но война стирает запреты.

Тибальд вновь посмотрел в трубу, скаля старые зубы и надеясь разглядеть Артиреса Альваро на высоких стенах города. Вот бы увидеть его лицо, когда тот поймет, с чем ему предстоит сражаться.

Глава 27. В пылу сражений

Артирес держал щит, и поток его чарсвета вливался в общую силу первого луча. Стрелы и копья врагов разбивались о стену чар, расплываясь огненными кляксами, и казалось, что само небо пылает."

"— А я говорил, — бубнил Вьер за левым плечом. — Надо было делать больше вливаний в военку. Мир — штука хрупкая. Сегодня есть, завтра нет.