Бракованная невеста. Академия драконов

Нужно было бы перешить, но зелёных или чёрных ниток у меня не было. Поэтому решила, что займусь этим потом, когда поеду домой к дяде и тёте.

В старом, пошедшем трещинами зеркале я разглядела себя. Худая девчонка в тёмно-зелёной юбке до колен, полосатых гетрах и чуть великоватой чёрной блузе, застёгнутой под горло. И пластырь… куски пластыря по всему лицу. Странно, что девчонка, которая сдавала смену, ничего не сказала. Видимо, ей правда было настолько на меня плевать.

Быстро завязала волосы в гульку на затылке, чтобы не мешались.

Пройдя на кухню, я махнула рукой пухлому улыбчивому повару, который что-то насвистывал себе под нос. Неподалёку трудились его помощники. Пахло жареным мясом и чем-то острым. В животе булькнуло, начал разыгрываться аппетит.

Повар помахал мне в ответ и указал на дверь:

— Брунька там!

Я хотела устроиться посудомойкой, потому что обслуживать посетителей я стеснялась. Но такой вакансии не было, или мне отказывали. Так что сегодня я снова собиралась переступить через себя.

Войдя в дверь, которую мне показал повар, я очутилась в зале. Мне навстречу шла низкорослая широкоплечая девушка с голубым подносом в руке. На ней были такие же юбка, блузка и гетры, как и у меня.

— Привет, — сказала она, подходя ближе. — Ты Эвелин? Заказы здесь — на столе, бери и помогай! Я едва успеваю!

Вот тебе и обучение. Я тут же почувствовала, как внутри нарастает тревога. Как бы не облажаться в первый же день.

Но всё стало гораздо хуже, когда я бросила взгляд в зал с посетителями.

Среди незнакомых лиц я разглядела столик, за которым сидели несколько парней из нашей академии. Это были как раз те самые, у которых я недавно отбила Альфреда. И что-то мне подсказывало — вечер будет непростым.

Я развернулась, понеслась обратно и, увидев Бруньку, ставящую заказы на поднос, подошла к ней.

— Ну что-о… — потянула она, поворачиваясь ко мне и тут же удивлённо пробормотала: — Твою ж… мать!

Поскольку здесь освещение было куда лучше, чем в полутёмном зале, Брунька заметила наконец пластыри.

Ура. Я перестала быть невидимкой. Хотя причина внимания имела весьма сомнительную радость.

— Ты что… хворью какой больна? — с подозрением спросила она, делая шаг назад.

— Никакая это не хворь, — поспешила успокоить её я, а то чего доброго выгонят. — Это прыщи. Смотри!

Я повернула к свету левую щёку. Там я частично убрала пластырь, чтобы не ужасать всех своим видом. Но прыщи были довольно внушительные. Так что вряд ли я особо спасла положение. Как бы даже хуже не сделала."

"— Вот это тебя обсыпало, подруга… — с сочувствием покачала головой официантка.

— Скажи, а часто в «Сирену» заходят адепты из Дрейдерна? — спросила я то, что волновало меня больше всего.