Бракованная невеста. Академия драконов

Если бы кто-то спросил у меня, как пахнут нищета и безнадёга, я бы ответила, что именно так.

У вырожденцев почти не было шанса выбраться отсюда. Канавиоль в каждом могла убить надежду на лучшую жизнь. И сейчас я шла по разбитому каменному тротуару, пропуская через себя все оттенки бедности и отчаяния.

Вот несколько мальчишек играют на улице. У их родителей нет денег на мяч, но его заменяют плотно скрученные и залитые дешёвым клеем тряпки. Если их перемотать липкой лентой, какое-то время «мяч» держит форму. Я прекрасно в этом разбираюсь — сама выросла в таких условиях.

А вот женщина. У неё на руках ребёнок, замотанный в пелёнку — ни о каких колясках и речи быть не может. Рядом плетутся ещё двое малышей, в перештопанной одежде и дырявой обуви. Благо, пока тепло.

Наш домик находился в конце улицы. Старый, слегка покосившейся.

Но, впрочем, он почти ничем не отличался от жилищ остальных вырожденцев. Я выросла здесь, и за пару лет обучения в академии отвыкнуть от родных стен так и не смогла.

Фонарь всего один на всю улицу, и то еле светит.

Тётя Энни встретила меня радостно, тут же поставила чайник. Она хоть и была бледной, но глаза светились. Правда она сразу же принялась расспрашивать про завещание и мою странную свадьбу. Энни была куда осторожнее дяди Дезмонда.

— Ты ведь понимаешь, что это как-то связано с моим отцом? Он был сыном этого Генри Лоусона — моего деда. Ты что-то знаешь о нём? — спросила я негромко."

"Тётя покосилась на приоткрытую дверь, ведущую в соседнюю спальню. Но оттуда раздавался лишь громогласный храп дяди. Видимо, он устал после рабочего дня, плотно поел и задремал.

— Моя младшая сестра — твоя покойная матушка — не слишком любила рассказывать о своём ухажёре-драконе, — прошептала Энни. — Я всегда ругала её, когда она убегала на свидания. Говорила, что ничем хорошим это не закончится, и вот…

Тётя всхлипнула, и тут же добавила:

— Я, конечно, не про тебя. А про то, что он бросил её. Наверняка просто узнал, что сестра беременна! Даже не интересовался ребёнком. И в итоге моя сестрёнка зачахла и умерла… Но так ничего и не сказала. Лишь умоляла беречь тебя и держать как можно дальше от драконов.

— Держать как можно дальше от драконов? — переспросила я. — Она имела в виду моего отца или просто драконов?

— Всех их. Она даже настаивала, чтобы мы с Дезмондом уехали в провинцию, но твой дядя запретил.

— Все это странно.

— Сестра совсем умом повредилась перед кончиной. Часто просыпалась с криком среди ночи. И бежала к твоей колыбельке. Всё твердила, что ОНИ тебя заберут и сделают что-то нехорошее, — тётя ударилась в воспоминания и теперь лихорадочно кусала губы, вспоминая нелёгкие времена.

Она стала даже бледнее, чем обычно.