Алмазная академия

– А эта проверка все-все выявляет? – Разочарование приходилось маскировать за вопросами. Я нарочно замедлила шаг, чтобы Ран успел ответить. – Например, если у испытуемого нет способностей работать с камнями, но есть иные задатки? Покажет?

Веоран кивнул, распознал мою уловку и пошел чуть быстрее.

– Да. Нам часто случается направлять поступающих в другие заведения, где им с большей вероятностью помогут раскрыться.

Узнают. И решить, как с этим знанием быть, помогут. Ради такого можно и потерпеть.

В аудиторию я впорхнула в самом радужном настроении.

Правда, оно быстро померкло, стоило только взглянуть на пустые стулья и двоих студентов, приткнувшихся на втором ряду. Первая лекция у нас сегодня стояла у адамасов. Больше того, это был печально известный пятый курс, который уже потерял двоих своих представителей. И сейчас, пока доставала из папки нужные документы, я то и дело ловила неприязненные взгляды. Парочку на себе и бесконечное множество на Веоране.

– Что происходит? – одними губами спросила у мага, подойдя к нему с совершенно ненужным листом.

– Они уверены, что я каким-то образом причастен к тому, что случилось с Нордарном, – невозмутимо пояснил Ран.

Перед ним лежал конспект будущей лекции, но маг даже не соизволил его открыть. Он всегда рассказывал по памяти, избегая сухих формулировок, и даже мне было интересно его слушать.

– Что?!

– Тише, милая. – Он улыбнулся, но эта улыбка едва ли отразилась в глазах. – Ты, наверное, хотела спросить – почему? Тут все банально, я бы даже сказал, пошло: с его смертью я стал потенциально сильнейшим магом среди Алмазов. Не считая лорда и моего деда, разумеется, но они уже очень стары и потому слабеют с каждым годом.

Закусив губу, чтобы как-то справиться со смятением, я вернулась на свое место. Тут было о чем подумать. Сомневаться в невиновности Веорана мне и в голову не приходило, но… представляю, каково ему выносить эти косые взгляды и перешептывания за спиной. Он, конечно, будет притворяться, что его это нисколько не трогает, но, чувствую, очередная развеселая гулянка с Сапфирами не за горами.

Старые адамасы слабеют… Если я правильно поняла, то дело тут не совсем в возрасте. Скорее в пережитых эмоциях. Любовь и ненависть, зависть и нежность, радость и печаль, проходя через сердца-камни, ослабляют их. Магии становится меньше. Именно потому многие адамасы так холодны и безучастны – они целенаправленно отделяют себя от окружающих, от самой жизни, лишь бы только сберечь силу. Потому же среди их расы так ценится молодежь, которая уже сформировалась, но не успела еще толком пожить. Почувствовать.

Чистая сила – вот что получил тот, кто создал страшные пентаграммы и забрал камни Шарлин и Нордарна.