Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле

Ну, во всяком случае, я какого-то строгого критерия не заметила… Хотя нет, один точно есть – стремление к одиночеству. Может, это очень даже важный нюанс, как знать. А те, кто заводят семьи, ну… По-разному они живут. Честно говоря, это редко счастливые семьи, потому что родителям приходится надолго оставаться в реальном мире, тогда как магический дар настойчиво тянет их в сон. Для молодой мамы это огромный стресс – испытывать необходимость быть рядом с ребёнком и при этом чувствовать внутренний зов магии погрузиться в материю сновидений, уйти туда всей сущностью. Как тут не поехать крышей? Многие и едут, если честно. Особенно когда их мужьям это быстро надоедает, и они почти всё время проводят в материи сновидений. Так что… Романтических пар среди наших коллег много, конечно, мы не роботы, и любить нам никто не запрещает, но обычно это просто супружеские пары без детей, либо вечно недовольные жизнью матери-одиночки, которые ждут не дождутся, когда их ребенок достигнет совершеннолетия и начнет жить самостоятельной взрослой жизнью. Но даже если не брать в расчет печальные примеры, то сумрачные странники все равно редко создают счастливые семейные супружеские пары. И если мужчины еще как-то больше в этом заинтересованы, то девушки – сильно в меньшей степени.

– Нас трудно удивить, – хмыкнула я. – В наших сновидческих способностях есть большое благо и большой минус. Потому что нам открыт бесконечно прекрасный мир сновидений, где мы можем попробовать всё. Вообще всё. Некоторым даже хватает романтики во снах. Мол, зачем тратить время на попытки наладить контакт с настоящими мужчинами, если можно еженощно видеть во снах что угодно?

– Но это же совсем не то, – покачал головой Рэйес. – Все равно что постоянно есть только консервы вместо обычной еды. Жить можно, и даже вкусно поначалу, да вот только это даже близко не сравнится с настоящей едой.

– Зато можно снить исключительно то, что нравится, и не тратить время на скандалы и расстройства, – хмыкнула я. – Да и всё относительно: сумрачных дел мастера, вроде меня, в какой-то момент и есть начинают во сне, и еда эта для меня ничем не отличается от реальной. Но я с тобой согласна, в плане отношений это действительно суррогат.

– А ты? Пробовала такую сомнительную романтику в сновидениях? – негромко спросил Рэйес.

– Пробовала. Но не оценила. Так себе удовольствие воображать отношения даже в самом реалистичном сне, попахивает клиникой. Ты правильно сравнил с консервами: первое время вкусно и вполне интересно, а потом осознаешь, что всё это тлен и не более чем сон. Поняла также, что реальные отношения хороши своей непредсказуемостью.

– О, а я в этом мастер, не так ли? – тут же отреагировал Рэйес.