Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ)

И потому по утрам мы часто шли до академии вместе — я поспать пару часов и на лекции, он у мрачных стен нашего учебного заведения сворачивал вправо и шел на рынок выбирать продукты. В зависимости от того, что купит, и строилось меню нашей таверны. Найдет хорошую рыбу — будет рыбный суп, подкопченная рыбка, кукурузная каша, запеченная в тесте рыбка и конечно котлетки, рыбные. Отберет говядину — гуляш, наваристые супы, мясная вырезка, котлеты да паштеты на разный вкус. Но я любила, когда Тоби готовил птицу или кабана и даже не знаю что больше. Из ножек кабана похлебка получалась чуть мутноватая, с капельками прозрачного жира на поверхности и ароматом черного перца и лука, и если ее оставить и дать остыть, похлебка становилась как желе и нарезалась тогда порционными кубиками. Эту похлебку я любила в обоих вариантах. А из курятины Тоби варил свой знаменитый Золотой бульон. Мне нравилось украшать тарелки с золотистым отваром, кусочками светлой курятины и кружочками овощей, еще и листиками зелени — красиво получалось, а уж на вкус… Да, в столовой нашей академии так не кормили.

— Дэя, о чем пригорюнилась? — Тоби подошел, поставил передо мной тарелку с маленьким оладушком, сверху осторожно положил немного черничного варенья. — Зацени новое блюдо.

Осторожно отламываю ложечкой кусочек оладушки, зачерпываю варенья, пробую. Неожиданно сладкий творожный вкус там, где я предположила обычное блинное тесто, и кислинка варенья, в котором кроме черники еще и малина ощущалась.

— Сырники, — весело сознался Тоби, — ну как тебе?

— Потрясающе, — созналась я, уплетая оставшееся. — Очень вкусно.

— У племяшки день рождения скоро, вот, хочу сделать что-то особенное.

— Торт со сливками, — предложила я, потянувшись к молоку и булочке. — Можно с замороженной малиной, помнишь, ты там для жены градоначальника делал.

— Да помню, — Тоби вернулся к плите, — но хочется то чего особенного, для племяшки же.

Племянница для нашего повара была человеком особенным — дочь его погибшей сестры, единственная внучка престарелых родителей, да и сам он к Сине относился скорее как к дочери, чем к племяннице. Баловал безмерно, но там такое очаровательное кудряво-черноглазое создание, что ее все балуют. А дядя он просто в этом лидирует.

— Дэя! — громогласный вопль мастера Бурдуса едва не заставил подавиться.

Подскочив, я торопливо сдвинула остатки ужина в сторону и накрыла салфеткой, потом доем, на бегу уже. Ну а кружка молока это мне на всю ночь, чтобы не бродила здесь сонной мухой.

Распахнув неприметную дверцу для работников, я вошла в таверну.