Академия проклятий. Книги 1-7

Скрестив руки на груди, я все же задала мучивший меня вопрос:

– Мое мнение тебя вообще не интересует?

Улыбка лорда-директора стала запредельной, потом он тихо рассмеялся и, водрузив бокал передо мной, язвительно произнес:

– Тоже постоянно задаюсь этим вопросом, но в отношении тебя.

Замечательно, просто слов моих нет.

– Я не пустила тебя тогда в контору, потому что беспокоилась! – раздраженно сказала ему.

– Ты действительно полагаешь, что мое предложение насчет репетитора имеет какие-либо иные причины, помимо беспокойства за тебя? – четко проговаривая каждое слово, вопросил лорд-директор.

Я не нашлась, что ответить.

– Гордость, родная, неуместна в личных отношениях, – несколько жестко произнес Риан.

Аппетит пропал окончательно. Сжав руки на коленях, я просто сидела и смотрела куда-то в никуда. Некоторое время мы молчали, а потом магистр тихо сказал:

Я продолжала молчать. И не потому, что обиделась, скорее, расстроилась настолько, что не было даже сил ответить.

– Время обеденного перерыва уже закончилось, наверное. – Я встала, торопливо отпила треть вина из бокала и, все так же не глядя на Риана, попросила: – Верни меня обратно, пожалуйста. Мне еще за учебниками сходить нужно и…

Вспыхнуло адово пламя.

Не глядя, шагнула в языки пламени и через мгновение оказалась в том же коридоре, из которого и исчезала.

Нервно смахнув слезы, направилась в семьдесят четвертую аудиторию.

На пробежке я была самая последняя. Нововведенные «Основы рукопашного боя», являющиеся пока теоретическими, слушала через слово. Любовные проклятия и схемы наложения прошли как в тумане. Зато с каким наслаждением после всех занятий я переоделась и покинула Академию Проклятий.

Холодный ветер ударил в лицо, вынудив придержать капюшон, который защищал от мокрого снега лучше, чем шапка.

Приближался вечер. Пока только приближался, заставляя канцелярских служащих с тоской поглядывать на часы, а торговцев радостно потирать ладони в ожидании вечерних продаж. По улицам сновали ученики всех возрастов – от малышей, бегущих из домашних школ, до подростков, занимающихся или в темных школах, или в городской общеобразовательной.

Торопливо шагая по улицам, я старалась избежать столкновения с расшалившимися ребятишками, которые ожесточенным боем в снежки, видимо, провожали последние зимние деньки, но, подходя к конторе, получила жесткий удар в спину. Стремительно развернулась, и все для того, чтобы едва увернуться от следующего снежка, которым явно мне в лицо целились.

– Эй! – возмущенно вскрикнула я.

– Ай, – заявили мне в ответ, намылив пригоршней снега.

– Юрао! – заорала я, узнав нахального дроу.